Взрыв на Рымарской в пабе «Стена» (вспоминается по ассоциации прославленное народное выражение «поставить к стенке») только верхушка айсберга, если можно так выразиться.
Случаев вооруженного сопротивления режиму в Харькове множество. Просто широкая публика мало о них знает.
Мои родители жили на улице Ньютона, на окраине города. Умерли, отец десять лет тому назад, мать – шесть.
Ночью 23 октября на улице Ньютона проходила спецоперация по задержанию вооруженной группы ополченцев (один гражданин РФ и двое – граждане Украины). Ополченцы стали отстреливаться, бросали гранаты. Одного ополченца застрелили. Но и боец украинского спецподразделения «Альфа» был ранен.
27 октября был сигнал, что областная госадминистрация заминирована. Сотрудников эвакуировали.
Верно и то, что оборонные заводы Харькова с каждым месяцем увеличивают количество выпускаемой продукции. Так, завод имени Малышева, специализирующийся по производству танков и бэтээров, гудит днем и ночью, заказов полно. Киевские готовят наступление на Донбасс.
В 1960–1961 годах, молоденьким сопливым монтажником-высотником, не предвидя, что произойдет через полсотни с лишним лет, строил я, грешный, новый цех этого завода. Знал бы – не строил, ясно.
Люди шепчутся, глухо кашляют в харьковской ночи, ненавидят втихомолку жовто-блакитных, не могут себе простить, что весной затянули с захватом оружия в оружейных комнатах милиции в городе, и ждут.
Такого не бывает, чтобы можно было поработить современный полуторамиллионный город прочно и надолго, заставив его жить и трудиться под страхом насилия. Да еще насилия от кого, от прыщавых подростков, клоунов батальонов нацгвардии?
40 минут на электричке, чуть больше – ну, час – на танке. Россия ждет. Позовите. Но только начните восстание.
Мы все выучили, что оппозиция власти необходима. Если не как партнер, то как суфлер, может быть, подсказчик.
Совсем недавно, где-то с полгода назад, сам секретарь Совета Безопасности господин Патрушев высказался в том смысле, что и несистемная оппозиция порой высказывает интересные идеи, которыми не грех воспользоваться власти. В точности его высказывание я затрудняюсь вспомнить, но за смысл ручаюсь.
Но вот так случилось, что с российской оппозицией дело сейчас обстоит отвратительно. Или, скажем так, дела у оппозиции швах, совсем плохи.
Она (за исключением нацболов, конкретно воюющих в Донбассе и организовавших прибытие в Донбасс по линии интербригад более пятисот добровольцев), оппозиция, так плоха, какой никогда не была с 1993 года.
Это украинская национальная революция, все переворот на майдане сотворил.
Либералы загубили судьбу либерализма в России навсегда тем, что заняли предательскую по отношению к России, проамериканскую, прозападную позицию по войне на Украине, противоположную во всем позиции большинства и русского народа, и российских народов, какой из них ни возьми, даже чеченский.
По правде сказать, ну совсем идиотскую позицию. А выхваляли себя креативным классом!
Это что, креативно, стать на сторону агрессивно антирусского врага, печально и вызывающе самим себя величать с гордостью изгоев «пятой колонной» и ждать, когда власть вас раздербанит под аплодисменты 87 % населения?
Это креативно – по методу покойной Новодворской стать в ницшеанскую ветхую позу и обвинять народ в том, что это он не прав, а мы, мол, креативный класс, несчастные проценты от населения, мы, мы, мы правы?
Ну, если вы, вы, вы правы, то «пожалуйте бриться!», или, как старинная польская острота то же самое, но круче, переложила в слова: «Прошу пана до веревки!» То есть принимайте свою судьбу.
Позиция либералов по Украине вычеркнула либерализм из списков живых идеологий.
Националисты потерялись в больших волнах современности. Их накрыло.
А ведь не так плохо начинали.
Если в 2000-х, в самом начале этих годов, свежие и юные братья Поткины: Белов и Басманов, а также Тор, Крылов, Демушкин пошли по, на мой взгляд, ложной тропе русского сепаратизма, то одновременно у них на руках был большой и видимый козырь – борьба с мигрантами.
Толпы мрачных мигрантов на столичных улицах и улицах крупных городов РФ вызывали страх у обывателя, а власть обывателю не помогала, она лениво зевала в сторонке.
Поэтому обыватель 10 лет тому назад восторженно приветствовал националистов-сепаратистов. Вокруг их лидеров бегали журналисты, ломясь за интервью. Тогдашний Кашин, к примеру, заливался счастливым лаем от их появления, молодых, свежих, агрессивных.
К 2013 году уже немолодые и несвежие националисты рванули поддержать украинских нациков майдана, братьев по идеологической крови, но врагов России. Это было хуже, чем предательство. Это была стратегическая ошибка. Они разом потеряли доверие населения, а у населения имеется основной инстинкт, безошибочный всегда, потому что чувство опасности дышало в население, и все сто сорок с лишним миллионов чувствовали это горячее дыхание опасности на своих лицах.
