Очевидно, что для строительства этих укреплений и защиты от вражеского нападения требовались значительные римские силы. Между тем, многокилометровый марш через пустыню от Апамеи до Пальмиры, а потом от Пальмиры до Хатры включал в себя пересечение 750 км открытой пустыни. Это серьёзно ослабило Римскую армию, тем более, что ожидалось генеральное сражение против Ардашира. Он, действительно, явился с севера с основными силами армии, которые Александр перечислил потом в речи перед сенатом. По его словам, у Ардашира I было 120 тысяч всадников, 1800 серпоносных колесниц и 700 слонов [Элий Лампридий. Александр Север 1_Х]. Всех всадников Александр назвал клибанариями, в чём мы позволим себе усомниться. Скорее всего здесь имеется в виду общее число кавалерии персов. Армия была серьёзной, однако, колесницы и слоны являлись на тот момент полным анахронизмом, который римляне многократно и без труда били. Зато слоны задерживали передвижение персидской армии и вывести их на остриё удара в обширной степи было весьма сложно. Тем не менее, армия Ардашира оказалась быстрей и манёвренней армии Александра, поэтому успела перехватить её в районе Хатры и Зингары. Похоже, что в этих местах поздней осенью 232 года развернулись-таки боевые действия, хотя нам неизвестно ни об одной битве. Однако Лампридий, например, описывает действия Центральной римской армии так: «Отправившись затем в Персию с большим военным снаряжением, он победил могущественнейшего царя Артаксеркса. Сам Александр обходил фланги, ободрял воинов, находился в пределах досягаемости копий, очень много действовал и своей собственной рукой, воодушевлял словами отдельных воинов на славные дела». И далее из выступления Александра перед сенатом по возвращении в Рим: «Отцы сенаторы, мы победили персов. Нет нужды в долгом красноречии. Вы должны лишь знать, каково было их оружие, каково снаряжение. Прежде всего семьсот слонов, на них башни со стрелками и грузом стрел. Из них тридцать мы захватили, двести лежат убитые, восемнадцать мы привели сюда. Тысяча восемьсот колесниц, снабженных серпами. Мы могли бы привезти сюда двести колесниц, у которых животные были убиты, но так как это можно было и подстроить, то мы сочли излишним делать это. Мы разбили сто двадцать тысяч их всадников – конников-панцирников, тех, кого они называют клибанариями, – мы убили во время войны десять тысяч; их оружием мы вооружили своих. Много персов мы взяли в плен и продали. Мы вернули себе междуречные земли (то есть земли Месопотамии), о которых не заботилось это грязное чудовище (Гелиогабал). Артаксеркса, и на деле, и по имени могущественнейшего царя, мы разбили и обратили в бегство, так что бегство его видела Персидская земля, и сам царь, бросив свои значки, бежал по той дороге, по которой некогда были пронесены значки наших войск. Вот что совершено, отцы сенаторы» [Элий Лампридий. Александр Север. LV–LVI].
Врял ли Александр стал бы считать потери персов в боях с другими армиями, поэтому мы можем быть уверены в том, что цифры, приведённые в отчёте сенату, показывают потери персов в боях только с Центральной армией самого Александра. Потери, кстати, достаточно большие. 200 убитых слонов из 700, да ещё 30 захвачено. Правда в Рим Александр привёз только 18, но может быть, остальные пали или утонули во время перевозки. Слоны могли быть истреблены, попав на минные поля из металлических колючек кальтропов и расстреляны из катапульт. 200 колесниц из 1800 было захвачено, но их Александр почему-то не привёз в Рим для триумфа. Они уже никого не впечатляли. В свой актив Александр записал и 10 тысяч убитых клибанариев, причём их оружием и доспехами римляне вооружили своих кавалеристов. Ну, и ещё какое-то количество пленных персов, проданных в рабство. По словам Лампридия, Александр позволил трибунам, другим командирам и самим воинам сохранить у себя то, что они захватили в персидских селениях. Тогда впервые у римлян появились рабы-персы; впрочем, он возвратил их, получив за них выкуп, так как персидские цари считают позором для себя, чтобы их подданные были где-либо рабами; выкуп он частью отдал тем, кто собственноручно взял в плен рабов, частью – внес в государственную казну. Таким образом, были частично компенсированы государственные затраты, однако врял ли компенсация была сколько-нибудь существенной, иначе об этом упомянули бы римские авторы.
Тем не менее, похоже, что дела у Ардашира шли плохо. Он ничего не смог сделать с Северной армией и понёс большие потери в боях с Центральной. Южная римская армия, видимо, уже подходила к Ктезифону. А Ардашир не смог прорваться в Римскую Месопотамию и опять понёс потери. Положение персов можно оценить, как серьёзное, но Ардашир был чертовски удачливым правителем и всегда умел использовать ошибки врагов и свою удачу. Так случилось и в этот раз.
