12 марта Гелиогабал распустил слух, будто Александр находится при смерти – он хотел понять, как воины воспримут эту новость. Несомненно, Гелиогабал играл с огнём. Никаких средств против преторианцев у него не было, но маньяк упрямо «дёргал тигра за усы». Естественно, не видя мальчика и потрясенные слухом о его болезни, преторианцы разъярились до крайности, не послали Гелиогабалу обычную стражу и, запершись в лагере, пожелали увидеть Александра в храме Марса. Так Гелиогабал попал в собственную ловушку. Откажись он показать Александра, преторианцы бы примчались во дворец и убили императора-извращенца. Это он понимал, поэтому был вынужден согласиться на требования воинов. Испуганный Гелиогабал, взяв Александра и усевшись вместе с ним в императорские носилки, прибыл в лагерь. Вместе с кузенами прибыли и женщины Северов, а также свита Гелиогабала, многие из числа которой, должны были быть удалены от двора. Извращенец же притащил этих людей в лагерь преторианцев. Можно себе представить их ярость. Когда воины, отперев ворота, приняли делегацию и привели в храм лагеря, они с воодушевлением приветствовали и славословили Александра, Гелиогабала же полностью игнорировали. Поскольку конфликт ещё не был улажен, всё августейшее семейство ночевало в храме лагеря. Очевидно, что сирийки всю ночь вели напряжённые переговоры с преторианцами, только теперь, в отличие от 218 года, они действовали против друг друга. Кажется, что Соэмии удалось чего-то добиться и это позволило Гелиогабалу воспрянуть духом. Утром 13 марта Гелиогабал, который был взбешён отношением к нему воинов, велел арестовать для наказания тех преторианцев, кто очень заметно и с воодушевлением славословил Александра, как виновников мятежа и беспорядка. Но он неправильно оценил ситуацию как перелом в свою пользу. Как раз этот приказ и стал последней точкой в истории императора-извращенца. Воины тоже понимали, что отступать им нельзя. Отдай они своих друзей на расправу, они показали бы слабость, мятеж был бы подавлен с тяжёлыми последствиями для участников, да ещё пришлось бы отдавать Александра. Вероятно, Меса и Мамея постарались доходчиво разъяснить это воинам. И вот давно копившееся напряжение лопнуло и ярость вырвалась на волю. Преторианцы решились на крайние меры и ринулись убивать императора и его свиту. Дружков Гелиогабала убивали люто, но достойно их жизни. Им отрубали жизненно важные органы и те умирали, истекая кровью. Другим вонзали меч в пах с тем же результатом. Так были убиты Гиерокл, Аврелий Евбул, префект Рима Фульвий, и префект претория, точно не известно, кто именно, поскольку Дион (LXXIX, 21, 1), который сообщает нам об этом, не упоминает его имени. [Элий Лампридий. Гелиогабал, XIV, 7–8].
Сам Гелиогабал, услышав шум и крики убиваемых друзей, спрятался то ли в отхожем месте, то ли в сундуке. Дион пишет, что он попытался бежать, спрятавшись в сундук, который должны были вынести слуги, но он был обнаружен и убит. Видимо, слуги и выдали хозяина. Его мать Соэмия погибла вместе с ним, ибо она обхватила его и крепко к нему прижалась. Им отрубили головы, а тела обнаженными протащили сначала через весь город, демонстрируя публике, затем тело женщины где-то бросили, а Гелиогабала швырнули в Тибр с Эмилиева моста, привязав к нему груз, чтобы он не всплыл и не был похоронен. Сначала-то его хотели засунуть в клоаку, но труп туда не пролезал, поэтому пришлось топить в реке [Элий Лампридий. Гелиогабал, XVII, 1–6].
С отношением к Гелиогабалу аристократии и армии мы уже определились. А как к его гибели отнёсся плебс? Городские простолюдины тоже, по-видимому, испытывали неистовую радость. Именно плебс таскал трупы императора и его матери на крюках по улицам и калечил, а потом утопил тело Гелиогабала.
А ведь Гелиогабал развлекал плебс на всю катушку. Одних раздач при нём было больше, чем при любом императоре. Он строил цирки и бани, аннулировал долги бедняков. Он развлекался вместе с народом. Что же пошло не так? Скорее всего, извращенец зашел слишком далеко. Плебеев, большинство из которых были нормальными семейными людьми, отталкивала религиозная реформа Гелиогабала, унижавшая их старых богов, сексуальный разврат императора: его пассивный гомосексуализм и склонность к трансгрессивным ролевым играм. Император, посещающий бордели в качестве клиента, – это одно, но брать на себя обязанности работников секс-бизнеса – совсем другое. Это потеря лица.
