Сергей тут же поспешил смягчить щекотливую ситуацию и подошел вплотную к капитану. Рядом с облаченным в скафандр офицером он выглядел миниатюрно, из-за чего приходилось смотреть на того снизу вверх, но это не помешало в довольно жесткой форме высказать все, что полагается.
– Капитан! Вы в курсе, что наша рота… несколько не по вашему ведомству?
Капитан скользнул по знакам различия на форме Диего-Сергея, побагровел, но продолжить тот ему не дал.
– К тому же вы в настоящее время не в состоянии адекватно оценивать обстановку и тем более – принять командование. Вы ранены. Поэтому перепоручаю заботу о вас нашему врачу. Расслабьтесь, капитан. Лечитесь, приходите в себя и получайте удовольствие, пока мы будем заняты спасением ваших высокопоставленных задниц.
Последнее Сергей намеренно сказал в достаточно жесткой форме, чтобы показать, кто здесь реально хозяин. Как ни странно, этого хватило, чтобы капитан сдулся. Глаза потеряли блеск, он кивнул и побрел, куда ему приглашающим жестом вежливо указал сопровождающий десантник. Обычная конкуренция между родами войск закончилась победой армейской разведки.
К утру следующего дня генерал пришел в себя, оценил, где находится, и позвал старшего. Врач, встретивший Диего-Сергея перед небольшим боковым ответвлением пещеры, которое переоборудовали в лазарет, предупредил, что генерал очень слаб и напрягать его не стоит. Гонсалес кивнул, принимая к сведению сказанное, и шагнул за «порог».
Генерал лежал на надувном матрасе, одном из немногих, сохранившихся после разгрома «жуками» медбатальона. Увидев вошедшего, он еле пошевелил пальцами, подзывая лейтенанта к себе, и коротко, тихо приказал:
– Обстановку.
Сергей, не приукрашивая, кратко описал создавшееся положение. Указал, что «жуки» ушли в свои «норы» и на поверхности почти никакой активности не проявляют. Также рассказал, что эскадра ушла из сферы действия планеты. На это, в частности, указывало то, что армейские передатчики не могли докричаться до кораблей, да и их позывных тоже слышно не было.
– Что собираетесь делать? – также кратко спросил генерал.
– В восьми милях к востоку от нашего месторасположения находится почти целый десантный бот. Двигательный и пассажирский отсеки не повреждены. Пилотская кабина пробита лазерным лучом. Луч повредил часть блоков управления. В километре от него лежит кусок другого бота. Там, наоборот, полностью разрушены двигательный и пассажирский отсеки. Есть надежда, что получится отремонтировать систему управления первого бота заменой поврежденных частей аналогичными, снятыми со второго. И покинуть планету. Старт будет с перегрузом бота, но это единственная возможность все-таки убраться с планеты.
– Как будете чинить? Есть спецы?
– Есть! – коротко сказал Сергей, умолчав, что единственным спецом здесь является он сам.
Вообще то, что он сказал генералу, было только частью правды. Корабли каллистянин видел лишь вскользь в процессе отступления. Сейчас требовалось вернуться к ним и посмотреть, насколько его предположения соответствуют действительности. О своих сомнениях Сергей никому не говорил. И так все выжившие пребывали в сильнейшем шоке, вызванном поражением.
Следующие несколько дней Сергей налаживал жизнь в пещере. Чтобы хоть чем-то занять людей, он приказал разгребать каменные завалы и расширять жизненное пространство. После небольшой расчистки главной галереи обнаружилось несколько боковых тоннелей, которые были тут же обжиты. Да и в длину пещера существенно прибавила. Но дальше копать было уже боязно: десантники опасались докопаться до галерей «жуков». Пришлось ограничиться тем пространством, что ранее раскопали и расчистили.
Вход в пещеру после недолгих раздумий укрепили стенами из извлеченных ранее камней. Теперь пещера походила на некое подобие крепости.
Посланные в разведку на поля сражений несколько отрядов благополучно вернулись и притащили контейнеры с продовольствием. Таким образом, на ближайшие несколько дней спасшиеся люди хотя бы от голода и жажды страдать не будут.
Но наибольшие опасения у Сергея вызывал морально-психический климат сборного подразделения. Многие попросту еще не вышли из шока и находились в этаком «остекленевшем» состоянии, безумно таращась пустыми глазами на стену перед собой. Медик сделал с ними все, что мог, но чтобы привести эти «дрова» в более-менее адекватное состояние требовалось время.
Налаживая быт, нагружая людей осмысленной деятельностью, Сергей тем самым приводил их в чувство. Но, так или иначе, долго в пещере высидеть было невозможно. Требовалось либо вызывать помощь, либо пытаться отремонтировать упомянутый бот и убираться с этой злополучной планеты.
