Хоть и очень не хотелось, но Кристина встала и попрыгала, чтобы взбодриться. Она походила по перрону, но усталость и больное колено быстро заставили снова сесть. От нечего делать Кристина стала изучать содержимое своих карманов: порванный билет, окровавленная салфетка, обертка от конфеты, старая резинка для волос и помятый листок пиона. Пожарные и милиция скорее всего поломали и вытоптали все кусты, и пионы больше никогда не зацветут. Кристина погладила листок и бережно переложила его в другой карман.
В поединке со сном Кристина, конечно, проиграла. Было уже светло, когда она в ужасе вскочила, решив, что проспала поезд. К счастью, до его прибытия оставалось еще почти двадцать минут. Да и невозможно было так крепко спать, чтобы не услышать проезжающий рядом поезд. Придя в себя и осознав, что поезда все-таки не было, Кристина снова ужаснулась, но уже от того, что она так и не видела, ехала ли обратно машина милиции, но, хорошо подумав, решила, что это теперь уже и не важно: спящий человек на железнодорожной станции привлек бы внимание милиции, а раз за ней не приехали, то значит и не видели.
Нужно было хотя бы попытаться привести себя в порядок, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Теперь на свету стало видно, что кроссовки все в грязи и зеленых пятнах от травы, джинсы и куртка выглядели не лучше. Обыскав рюкзак и не найдя салфеток, чтобы вытереть кроссовки, Кристина стала озираться по сторонам. Сейчас не помешало бы найти лужу, чтобы потоптаться в ней, это бы помогло немного отмыть обувь. Но как на зло земля вокруг была сухая. Зато трава должна быть мокрой от росы. Кристина спрыгнула с перрона и стала ходить по траве, усердно шаркая кроссовками. Вернувшись обратно на перрон, она довольно посмотрела на мокрые и прилично посвежевшие кроссовки. Грязь на темных джинсах можно заметить только сблизи, а вот куртка выглядела совсем плохо. В ней точно не стоит показываться на людях, поэтому придется ее снять, прежде чем заходить в поезд.
Пока Кристина прыгала, стуча зубами от холода, поезд стремительно приближался и скоро показался на горизонте. Когда он был совсем близко, она сняла куртку и спрятала в рюкзак. Поезд окатил ее потоком теплого воздуха с запахом мазута. Двери открылись, и Кристина зашла в вагон.
Бессонница
1.
Была глубокая ночь. Кристине не спалось. За окном под ветром гнулось во все стороны дерево, словно скакало и извивалось большое животное. Чувство нереальности происходящего было результатом нескольких бессонных ночей, которое, как ни странно, вызывало желание проснуться, а не уснуть. Кристина же не просыпалась. Ветер, терзающий дерево, унес тучу, выглянула луна. На стене зашевелилась тень. Кристина вжалась в спинку кровати – жуткое животное теперь прыгало в ее спальне. Она зажмурила глаза, и темнота укрыла ее тяжелым одеялом.
Завеса сна со звоном разбилась. Кристина дернулась и вскочила. В ушах звенело разбитое стекло. За окном дерево по-прежнему шаркало ветками по стеклу. Не веря своим глазам, она подошла к окну, и потрогала рукой целое стекло. В который раз уловка с разбитым окном сработала. Может, завтра повезет. Кристина вернулась в кровать. Теперь уже можно не беспокоиться, что что-то померещиться во сне, после такого уснуть ни разу не удавалось.
Едва ощутимый запах пролетел мимо и слегка коснулся носа. Стоило только распознать, что это запах подгоревшего мяса, как стало казаться, что он исходит отовсюду. Запах был даже аппетитный, но от этого было еще более мерзко, потому что это был запах человеческого мяса. В этом не могло быть сомнений: почувствовав его раз, уже ни с чем его не спутаешь. Футболка, волосы, руки – все пропиталось этим сладковатым запахом. Тошнота подкатила к горлу, и ее вырвало на пол, над которым она едва успела свеситься, чтобы не запачкать кровать.
– Джек, фу не трогай, – Кристина увела собаку из спальни, страдальчески морщась от стоящей в горле горечи желудочного сока.
Ночной душ уже перестал быть чем-то необычным, но мысль об этом совсем не радовала. Не хотелось, чтобы это стало каждодневным ритуалом. Кристина тщательно прополоскала рот и горло, старательно промыла волосы и терла себя мочалкой до тех пор, пока кожа не стала красной. Вышла она из душа, только когда каждый сантиметр тела был вымыт до скрипа, а вся она источала запах мяты и ягод. Рука привычным движением нажала кнопки на стиральной машине, и в барабане закрутилась футболка. Предстояло еще вымыть пол в спальне. Это пока еще не стало привычным ночным действием, потому что до сих пор удавалось добежать до ванной комнаты. Когда пол был вымыт, в спальню был приглашен Джек. Обида, что его выгнали, была тут же забыта, когда Кристина позвала его в кровать. Джек улегся рядом и положил морду ей на живот.
