Опешив от неожиданности, Кристина не отвечала и продолжала смотреть в измученное лицо и глаза, радужная оболочка которых была настолько бледной, что сложно было даже понять, какого она цвета. Наконец сообразив, что от нее хотят, она повернулась и посмотрела на часы.
– 2:15, – лишь услышав свой громкий голос, она сообразила, что, судя по часам, прошло почти три часа с тех пор, как она сюда вошла, чего никак не могло быть.
– 2:15, – сухо повторил мужчина, и снова повернулся и уставился на часы.
– 2:15, – повторил чей-то женский голос с переднего ряда.
– 2:15, – снова повторил уже пожилой голос.
– 2:15, 2:15, 2:15, 2:15, – снова и снова, перебивая друг друга, твердили уже все три голоса.
Вдруг стало не хватать воздуха, ряды металлических стульев поплыли перед глазами. Побледнев, Кристина бросилась к двери. Оказавшись на улице, она не сразу смогла отдышаться, но когда пришла в себя, то решила все-таки вернуться за билетом. К удивлению, часы возле кассы показывали тоже 2:17.
– Мне нужен билет! – потребовала она у кассира, которая подняла голову, словно включившись.
– Уже 2:17, билеты закончились, вы опоздали, – проговорили розовые губы.
– Как?! Опять? – Кристина чувствовала, что выходит из себя, но сдержаться не могла. – У вас часы идут неправильно!
– Что вы так кричите девушка? Можно подумать, кто-то виноват, что вы опаздываете.
– Никуда я не опаздываю! У вас часы идут неправильно, не могло так быстро пройти почти три часа. Продайте мне билет!
– Билетов нет, и от того, что вы будет здесь кричать, они не появятся. Приходите завтра.
– Ну уж нет! Я подожду здесь, чтобы вы мне не сказали опять, что я опоздала, – Кристина скрестила руки, показывая готовность ждать возле кассы сколько угодно.
– Пройдите в зал ожиданий.
– Нет уж! Там черт знает, что у вас творится, и … воняет! Я буду здесь ждать!
– Ну раз так, то я звоню в милицию, – кассир нахмурила брови-ниточки и в подтверждение своим словам взяла трубку и стала решительно тыкать в кнопки розовым ногтем.
В миг сообразив, чем это может закончиться, Кристина бросилась к выходу. Кассир, тяжело вздохнув, звякнула тяжелой трубкой об корпус кнопочного телефона, как только не дающая ей спать скандалистка оказалась у двери. Кристина не знала этого и еще долго бежала по пустой ночной улице. Ее остановила только боль в боку. Она тяжело дышала и еще не до конца избавилась от ощущения погони, но осознание, как выглядело ее требование продать билет, уже начало приходить к ней. Должно быть, ее приняли за сумасшедшую. Не понятно, для чего было такое упрямство. Уехать куда-то без денег и скрываться – наивная и глупая идея. Если и уезжать, то хотя бы в Россию, и нужно подготовиться к этому.
Сейчас положение было практически такое же, как и то, в котором Кристина была, выйдя сегодня из дома, но тем не менее чувствовалось облегчение. Всего несколько минут назад безрассудное поведение могло еще больше ухудшить и без того незавидное положение, и вернуться на исходную позицию теперь было не самым плохим вариантом. Над спящим городом ярко горели звезды, значит, еще не все потеряно. По крайней мере, кто бы ни привязал ленту к двери, он явно не собирался идти в милицию, иначе сделал бы это сразу. Скорее всего, что-то нужно было от Кристины, а значит, есть может и не большой, но все же шанс.
Мимо пролетела машина. Кто-то спешил домой. Как же должно быть здорово поздно ночью наконец вернуться домой, принять горячий душ и уснуть крепким сном в теплой постели. Порыв ветра принес с местного хлебозавода запах свежевыпеченного хлеба. В темной многоэтажке горело одно окно. Кому-то очень рано на работу, а может там еще не ложились. Какой же недосягаемой и сладкой сейчас была раньше казавшаяся скучной обычная жизнь. Как же хотелось завтра проснуться и просто позавтракать перед телевизором. Она подумала о том, что сейчас в темноте подъезда на ступеньках извивается длинный рыжий волос. По спине побежали мурашки.
Кристина не шла, а скорее тащила себя, с трудом справляясь с усталостью. За спиной послышался гул приближающейся машины. Кристина не заметила, что машина замедлилась, когда поравнялась с ней.
– Девушка, вас подвести? – от неожиданности Кристина вздрогнула. Из окна машины, высунувшись чуть ли не по пояс, широко улыбался парень в солнечных очках. Причин надевать солнечные очки ночью немного, но можно было предположить, что парень на столько пьян, что попросту забыл про них, что было вполне вероятным, потому что даже на расстоянии ощущался запах алкоголя.
– Спасибо, мне недалеко, – это было неправдой, но, как бы сильно ни устала Кристина, она не собиралась садиться в машину к пьяным парням.
– Нельзя такой красотке одной ночью гулять, – парень в солнечных очках не собирался так просто сдаваться, – не бойся, не обидим.
– Я не боюсь. Я живу совсем близко.
– Да ну что ты ломаешься?! – обходительный тон улетучился быстрее вкуса жевательной резинки “love is…”. Кристина почувствовала напряжение. Было понятно, что так просто от нее не отстанут.
