— И не болеют, — подтвердил Вовик. На широком его лице проступило не свойственное ему выражение досады и грусти. Глаза его были сосредоточены на номере отъезжающих «Жигулей».
Не сговариваясь, Стива и Андрей сошлись почти одновременно, словно торопясь на свидание друг к другу, возле нагревшегося на солнцепеке «Москвича». Чувствовали себя при этом крайне неловко. Андрей, памятуя о том, к чему привела его недавняя прямота, никак не решался вот так вот, сразу поведать товарищу о том, что видел недавно, а поскольку всякий другой разговор звучал бы теперь исключительно фальшиво, совершенно не знал, что сказать. Мямлил что-то, зыркал по сторонам, эгоистично не замечая при этом Стивиного состояния. Точнее, нового в этом и без того неуравновешенном состоянии.
— Во сколько мы договорились встретиться? — протокольно-деловым, безличным голосом осведомился Стива.
— Мы не договаривались, — опешил Андрей. — Ты что, забыл? Слинял, не сказав ни слова, а теперь предъявляешь претензии.
— Не в этом суть, — Стива пожал плечами, — сколько можно шляться? Небось уж керосинит с кем-нибудь.
— Да я ему и денег не дал, — непривычно оправдывался Андрей, — ну заплутал слегка в чужом городе, что за дела?
— В том-то и дело, что дел никаких, — отрезал Стива, — домой пора собираться!
— Ах, вот оно что, — Андрей понемногу начал догадываться, что могло произойти за время их разлуки, — но подожди немного, дай оглядеться, раз уж приехали. Дух перевести.
— Нечего ждать. — В Стивином голосе прорезалась вовсе незнакомая безапелляционность, по-прежнему взвинченная, правда. — И оглядывания закончились…
Вдруг он осекся на полуслове и, уставившись в одну точку, попытался в то же самое время загородиться Андреем, как неодушевленным предметом, поставив его впереди себя.
Из подъехавших «Жигулей» вышли двое: Надя и ее спутник — и направились в ресторан.
— Пойдем-пойдем, — совсем иным, молящим голосом быстро-быстро зашептал Стива, — я должен с ней поговорить, ровно одну минуту, пойдем, я тебя прошу, ну что тебе стоит!
Андрей нервно пожал плечами, поминутные Стивины противоречия сбивали его с толку, однако возражать не решился, неохотно уступив другу.
Поднявшись по грязноватой, хотя и мраморной лестнице, они огляделись в довольно-таки шикарном помещении, которое, надо думать, служило чем-то вроде холла, налево из интимной полутьмы бара доносилась музыка, направо сиял белоснежными скатертями еще пустой в этот час зал ресторана.
Надежду и ее друга они обнаружили тотчас же, даже не толкнув стеклянной двери — в дальнем углу за столиком на двоих.
— Я не могу этого видеть, — признался Стива нормальным своим, ничуть не истеричным голосом, — прости, пожалуйста.
— Ясно, — вздохнул Андрей. — И надо было переть через половину России? Зачем я все дела бросил?
— Не могу же я с ней выяснять отношения при этом… — Стива затряс головой. — Это же нелепость, нонсенс! Андрей, милый, — он вновь затараторил шелестящим нервозным шепотом в самое ухо приятелю, — подойди к ней, вызови ее на минуту, так, чтобы она ничего не заподозрила, ты же умеешь, как будто бы невзначай, именно чтобы она ничего не успела подумать, она такой человек, ее надо застать врасплох.
— Хорошо, попробую, — не очень уверенно согласился Андрей, — ну и миссию схлопотал на старости лет! — Посмотревшись мельком в обрамленное чеканкой зеркало, словно бы примерив необходимое для этого случая выражение лица, он с преувеличенной бодростью вошел в зал. Боясь увидеть, что теперь произойдет, Стива отшатнулся к стене. Публика, подымавшаяся в ресторан и в бар, смотрела на него недоверчиво и неодобрительно.
Не так-то легко было Андрею словно невзначай, игрою случая заметить эту пару, поскольку расположилась она в противоположном от входа углу, тем не менее этот театральный этюд почти удался. «Почти» — по его собственному ощущению, внешне все получилось безупречно. Он делал вид, что придирчиво выбирает столик для небольшого банкета, даже перемолвился об этом с официантом, изображая из себя скептического клиента, и вдруг, как бы ненароком столкнулся взглядом с Надеждой. Тут уж он без труда изобразил неподдельное удивление, сменившееся неподдельной же радостью, учтиво поклонился даме и кавалеру и непринужденно, словно бы на одну секунду, присел на подвернувшийся стул.
— Какая встреча! Давно в этих краях?
— Не очень, — сдержанно ответила Надежда, ее уже, кажется, настораживали нечаянные встречи со школьными друзьями мужа. — А ты?
— Да только что приехал, вот жду одну приятельницу. — В отличие от Вовика Андрей словно и не дивился ничуть тому, что рядом с Надей вместо законного ее мужа находится вовсе незнакомый ему мужчина.
— А вы уже загорели, — отметил он беспечным тоном, — вообще производите прекрасное впечатление. Как на плакате: «Лучший отдых — круиз!»
Невольные его собеседники молчали.
— Простите, не представился, — не унывал Андрей, — Надюша, ты никак стесняешься старого приятеля? — Он привстал и снова склонил голову в старомодно корректном поклоне:
— Рад представиться. Андрей Ершов.