Кот вконец разлохматился, но присмирел. Он впитывает информацию, как губка. Кажется, что предел, когда губка переполнится и больше не сможет в себя вобрать ни капли, уже не за горами. Тогда начнется излияние излишков вовне — верный признак информационной передозировки. Кажется, Кот стремится именно к этому. Информационная передозировка — бич человечества, которым я хлещу этих тварей… Какого черта я это делаю?!
— Но ведь если жизнь так просто объясняется, если это только состояние материи, только программа… То это не чудо?.. Злой ты, Айнер, вот и раскладываешь по полочкам великие таинства… D40 говорил, что у тебя характер скверный.
Ненавижу критику в свой адрес, особенно правдоподобную, но Кот очень вовремя сделал несчастный вид и стал тереть челюсть лапой. Он совсем притих и пытается пригладить взъерошенную шерсть.
— Хорошо вы с «защитником» время проводите! Когда кто-то начинает обсуждать мой характер, значит у него работы нет. Я такие вещи без внимания не оставляю! Будешь электричество вырабатывать! Чтобы больше не видел, что ты почем зря энергию тратишь! Жизнь — это не таинство, Кот, а просто редкое явление. Очень редкое. Зубы целы?
— Да…
Пустив ножи в полет сразу с двух рук, активировал мишень. Кот заорал…
— Айнер! Я не могу больше на это смотреть! Ты убьешь его! За что?! Брось ножи!
— «Защитника» так просто не…
— Я не про него — про этого, которого ты мучаешь!
А черт… Как все просто оказалось… Положил ножи…
— Ладно, с мучением мишени покончено… По-твоему — D40 живой, а разведчики, транспорты, буровые установки?.. Они живые?
— Нет. Разве что буровые установки…
— Почему?
— Не знаю.
Тупизм. Я тут распинаюсь, а Кот меня снова обдурил псевдопониманием. Он считает «защитника» живым из-за того, что он похож на человека — на живое существо. А буры, с натягом, но похожи на насекомых…
— Кот, если активировать мозг транспорта — он не глупее тебя будет. А компьютер, который ты из музея притащил — живой?
— Нет…
Все так просто оказалось… и никакой биохимии.
— Он разумный, Кот.
— Да… Поверить не могу…
— Ему без разницы — существует он или нет.
— Но и тебе, похоже, уже также на это плевать…
— Да, только его это не мучает. Ему все равно — исполнит он задачу или нет. Для этого он сделает не больше и не меньше того, что необходимо — не будет ни медлить, ни спешить. То, что кому-то от него что-то нужно, для него значения не имеет. Понимаешь, его как бы и нет.
— Это так запутанно, а казалось, что так просто. Живое и не живое — лишь различное строение и другая установка воли для иных целей… Отец тоже говорил, что машины не живые…
— Не так уж все и сложно.
— Нет, не думаю… Даже если машины не живые… Они разумные. Они же мыслят. Имеешь ли ты право уничтожать разумное существо по «кривой» необходимости?..
— Что? Кот, с тобой все нормально?
Я, наверное, врезал ему слишком крепко… Оперся о стол и заглянул Коту в глаза — никакой мути или безумного блеска…
— Да, я в порядке.
— Кот, насчет прав — это уже другой вопрос. Права на уничтожение не может дать никто, кроме того, кто его возьмет.
— Поэтому мир умирает? Знаешь, мы тоже берем права на уничтожение тех же крыс, но только у нас мотивация совсем простая — мы ошибок не делаем. Мы убиваем крыс, если хотим есть. А у вас все так сложно… Вы вроде тоже убиваете, чтобы выживать, но часто это не напрямую с выживанием связано. Вам из-за этого приходится уничтожать слишком многих…
— Ты прав, мы совершали немало ошибок — больше их не совершим — никогда. Слезай со стола…
Кот замолчал и смотрит. «Защитник» вышел из экономного режима — смотрит мне в глаза. Ненавижу это. D40 — высокоинтеллектуальная машина… Он намного умнее меня, если уж на то пошло, но я его ни во что не ставлю: не закрыв дублированной линии, говорю о том, как собираюсь его ликвидировать — говорю это ему в лицо. Ему все равно, конечно. Его единственный побудительный мотив к функционированию — это программа, заставляющая его защищать меня. Видит он в этом смысл или нет, он будет выполнять задачу (как и мы, по большому счету). Мы его вытащили из небытия в мир, где его не должно было быть… и используем. Он — машина, не живое существо, а машина.
Хватит. На лбу уже выступила испарина… У меня проблемы — боевой офицер не должен думать о таких вещах… Не должен… Долг — я исполняю долг…
Кот скребет лапой…
— Айнер, я не понял.
— Неважно, Кот.
— Что это важно, я понял, и суть понял, а что ты имел в виду… Нет, не так… я не понял… Мы что, все выжить не сможем? Ты умрешь? И мы? И я?
— Сейчас все возможно, но я сделаю все, что смогу, чтобы вы не погибли.
— Правда?
— Да.
— Ты скингерам тоже обещал, а привел их про запас, чтобы съесть потом.
— Это другое.
— Точно?..
— Не ной, Кот — нытье еще заслужить надо.
— Не убивай «защитника»…
— Черт… Его нельзя убить — он не живой.
— А… Забыл. А по-другому нельзя?
Голова раскалывается. Что Кот ныть заладил…
— Я не знаю.
— Скажи, что все будет хорошо.
— Не знаю я, как будет.
— Ты же человек…
— Поэтому и не знаю.
