Я жарко натопила печь, так что находиться в кухне было практически невыносимо. Огонь — моя стихия, мне было хорошо, вот только лед внутри все не таял. Я засунула в печку небольшую серебряную коробочку, дождалась, пока металл раскалится, голыми руками достала вещицу из огня и начала колдовать. Немного ырчуньего жира для основы, несколько ягод дикой малины для цвета и запаха, пара лепестков Огненных коготков, чтобы мой любимый не устоял перед соблазном, немного пчелиного воска для улучшения текстуры. Из заветной тряпицы со дна сумки достала три сухих цветочка: синий миакрад, красный херцеяфф и белый диллмеой, в очень узких кругах известный как «Смех мага». Растение, вызывающее невыносимо прекрасные волшебные видения, самые радостные светлые чувства, когда от счастья сердце рвется в клочья. В прямом смысле. Это самый страшный яд, от которого нет спасения. Впрочем, как и от миакрада и херцеяффа. Эти цветы росли в трех крошечных мирах-близнецах, связанных между собой едиными Вратами, где я бывала во время обучения, но пока что мне ни разу не приходилось пользоваться их свойствами. Шаманы в одном из миров заставляли меня принимать настойки, вызвавшие привыкание организма к этой отраве: каждая содержала крошечную частичку всего лишь от одного лепестка, не смертельную, но опасную дозу. Я могла теперь не бояться действия яда, но забыть воспоминания о страшной боли в сердце, прорывавшейся сквозь волшебный дурман видений, или онемение во всем теле, сопровождавшееся чудесным запахом ванили — действие миакрада, или звучание колдовских мелодий, сопровождающееся обычно обширным кровоизлиянием в мозг (у меня месяц голова просто зверски болела) — действие херцеяффа. Все три цветочка я растолкла и добавила в состав готовящейся помады. Один поцелуй, любимый, всего один поцелуй.
Приготовление волшебного состава заняло все время до утра, отняло немало магических и душевных сил, поэтому я проспала почти до следующего утра.
— Привет, Лиза, как вы?
Я, наконец, разблокировала кристалл связи. Подружка, которая явно собиралась обрушить на мою голову поток упреков, поперхнулась и даже довольно вежливо ответила.
— Мы в норме, кое-что нашли в старых архивах местной библиотеки, неплохой, к слову сказать. Что у тебя с глазами?
— Все в порядке, это пройдет, — утром на меня из зеркала смотрела осунувшаяся как после долгой болезни девушка с красными от беспокойного сна глазами.
— Лея, тебе, случаем, не нужна помощь?
— Нет, — отрезала я.
— А о времени ты помнишь?
— Лизка, не выводи меня!
— Ну, это уже лучше. А то я уж было подумала, что ты переживаешь за объект.
Вот так, вторую половину моей души назвали безликим словом «объект». О своих чувствах к Даррену я умолчала.
— Лиза, я должна идти. Чмокни Кьена. И не обижай мальчишку.
До возвращения Даррена оставалось пять дней, включая сегодняшний. Два из них я провела в Сером мире, бездумно сражаясь с Отражением, потом поспала несколько часов, и принялась за последние приготовления. Достала из недр сумки незаконный амулет, купленный в Астане, пару минут подержала тонкую косточку в сложенных ковшиком ладонях, отдавая свое тепло, настраиваясь на предстоящее колдовство. Мне предстояло создать чары запредельной сложности, объединившие бы две силы — жизнь и смерть — в одном крошечном амулете, да так, чтобы сильный маг уровня Даррена не почувствовал бы присутствия магии. И я приступила.
Существовало несколько заклятий, каждое из которых по отдельности выполняло часть нужного мне эффекта. «Чары вампира» вытягивали жизнь из человека, на которого были наложены, перекачивая их в колдующего. Таким образом, вся энергия жертвы оказывалась в заклинателе, усиливая его собственный резерв. Мне же предстояло закрыть жизненную силу Даррена в амулете.
Следующий компонент — магия смерти, поднятие нежити. Например, ханошши идеально подходило под мои замыслы. Мертвяк сам по себе мне без надобности, из этого заклинания мне требовалась имитация ауры мертвого, холодные желто-черно-зеленые оттенки, специфический рисунок, отличавший мертвого от живого. Насколько я помню, без трупа тут никак не обойтись, но придется действовать методом проб. Об ошибках я старалась не думать, времени на них просто не было.
Последняя часть — «Донор силы», способ вернуть истощенному магу способность колдовать в боевых условиях, когда поблизости нет источников сил. Как и банальное переливание крови, это представляло собой добровольную передачу энергии от колдуна к колдуну.
