В зал зашёл ряд официантов в белых пиджаках, и вмиг пустеющий стол наполнился самыми разными блюдами, названия которых Эмелис даже не знала, ведь ей никогда не приходилось пробовать их до этого. Хотя она и была довольно голодна, но, возможно, в силу особой экзотичности многих здешних блюд, она попробовала лишь пару блюд. Кто-то поднял тост в честь Эмелис, когда официанты разнесли бутылки изысканного вина. Она снова смутилась, не зная, что ответить, но затем встала из-за стола и подняла тост за прекрасное будущее галактической Империи и вообще всего человеческого рода.
В один момент, когда уже прошла добрая часть ужина, и официанты были готовы выносить последние блюда, а в заключении — десерты, Адам оповестил всех гостей, что с минуты на минуту должен войти Император Белый. Эта новость заставила оркестр замолчать, а все гости прекратили свои разговоры и отложили столовые приборы. В зал зашло четверо человек из «Светлой гвардии», а из другого входа ещё четверо. Они разбрелись по углам обеденного зала, и даже шаги их были монотонны и синхронны. По двое гвардейцев остались стоять около двух входов.
Молчание повисло в зале, а Эмелис очень сильно суетилась. Император никогда не показывался на большой публике, и всегда предпочитал находиться на своём корабле, управляя Империей без своего посредственного вмешательства. Девушка даже и не знала, как выглядит Император, да и в Империи вообще никто и никогда его не видел кроме тех немногих, кому посчастливилось быть на его корабле в качестве гостя. Несмотря на своё отшельничество в своих покоях, на званые ужины он всегда приходил, ибо организовывал их сам, как раз для таких важных событий.
Император Белый зашёл в зал. Он был очень высоким, и его величественная фигура прямо-таки источала великую мудрость и огромную силу. На его плечах висели изящные меха, а одет он был под стать самому настоящему правителю всей галактики. На голове возвышалась корона из белого материала, в которую были инкрустирован один большой, прозрачный алмаз. Шаги его были уверенны и изящны. Странной деталью было то, что его лицо, совсем как у «Светлой стражи» было закрытой за аналогичной белоснежной маской, без прорези для глаз. Одет он был словно в доспехи, совершенно белые и натёртые до блеска, однако под ними Эмелис разглядела такую же одежду, которая была присуща любым гвардейцам. Когда он входил в зал, все поднялись из-за стола и смиренно опустили свои головы, а «Светлая стража» опустилась на одно колено, склонив свои головы чуть ли не до пола.
Безэмоционально и совершенно молча он последовал за своё место за шикарным троном в самом почётном месте стола, как раз между Эмелис и Адамом. Когда Император сел за стол, все остальные сели за ним, понемногу возвращаясь к своим прежним разговорам, будто Императора здесь вовсе и нет. Оркестр продолжил исполнять свою музыку, но уже с большим энтузиазмом.
Белый недолго посмотрел на Адама, а тот ему кивнул. Затем его взгляд, скрытый под маской, перешёл на Эмелис, из-за чего и она тоже посмотрела на него завороженно. Однако он ничего не говорил, а затем и от неё отвёл свой взгляд. Он ничего не ел, а постоянный поток официантов всё время проходил мимо него, лишь кланяясь ему.
Эмелис вопросительно смотрела на Адама Беркли, и он только продолжал свою трапезу, но затем заговорил с ней, после того как Император Белый кивнул ему ещё раз.
— Я понимаю ваше смятение. Присутствие Императора на подобных застольях всегда означает то, что он за всё время трапезы не прикоснётся к еде ни разу. Это своеобразная традиция внутри нашего корабля. Вы и так съели очень мало, и можете смело игнорировать присутствие Императора, как это делают все, и заняться своей едой, — пояснил Адам, — Сейчас принесут изумительный десерт из редкого белого трюфеля, который выращивают только на Пятой станции в единственной во всей галактике ферме трюфеля.
Но есть Эмелис не хотела, зная, что буквально в полуметре от неё сидит сам Император, самая влиятельная личность во всей Империи за последние века. И при этом он не ест как остальные, а просто сидит и ждет окончания ужина. Она не могла есть, пока не ел он, и с этого момента в её рот больше не попал ни один кусок еды.
Он не произносил ни слова, но Адам понимал его и без слов. Девушка этому только удивлялась. «Светлая гвардия» смиренно стояла на своих местах, совсем как мраморные статуи, которых в этом зале и без них было большое множество. Подобная обстановка вызывала большой спектр эмоций, но девушка хранила только свою лёгкую улыбку.
Когда принесли десерты, Эмелис не притронулась и к ним, а когда Император заметил то, что она ничего не ест, бросил безмолвный, вопросительный взгляд на Адама, под которым он чуть не поперхнулся.
— Нет, Эмелис, вы всё же попробуйте, не бойтесь присутствия Императора Белого, — сказал он.
— Я не особо голодна. К тому же, как я могу есть, если у человека рядом со мной даже нет своей тарелки? — спросила она одновременно и Императора, и его советчика.
