— А как это по-умному сейчас называется? Нейролингвистическое программирование, гипноз, обработка сознания. Может, кто-то таким образом его и подтолкнул.
— Не знаю… — Паук задумчиво поджал губы. — Разве это возможно?
— Хрен его знает. Но проконсультироваться точно стоит.
Он замолчал, а потом резко встрепенулся:
— Слушай, я тут одного знаю, доктор медицинских наук, профессор Ландер. Психиатр он или психотерапевт, не разбираюсь особо. Проконсультируйся с ним, он опытный, может подсказать. Может, вообще есть в городе люди, которые могли так с Кабаном поступить. Ниточка хоть какая-то.
— Профессор Ландер, говоришь? — переспросил я. — Так дерни его повесткой, сам всё и разузнай, раз есть выход на такого спеца.
— Да, он меня консультировал лет пять назад по социопатам, когда у нас была серия. Важный такой тип, интеллигентный, всё знает, но мы с ним тогда не поладили как-то. Хотя ум признаю, толковый мужик. У него вот и частная практика есть. Ты давай с ним сам.
Паук написал адрес на листочке и протянул мне.
— Ладно, схожу, проконсультируюсь. А ты всё-таки подумай насчёт пистолета, Женя, хотя бы травмат себе прикупи.
— Пока разрешение сделаешь — сто лет пройдёт, — отмахнулся тот.
— Могу тебе нелегальный ствол выделить на время.
— Чего? Нелегальный? — Паук вскинул на меня удивлённые глаза. — Ты серьёзно?
— Серьезнее некуда. Надумаешь — маякни.
Я усмехнулся, похлопал его по плечу и направился к выходу, сунув листочек с адресом профессора в карман. Впереди предстояло ещё много работы.
Я включил виниловый проигрыватель, только-только вернувшись из душа. Комната наполнилась сочным, слегка хрипловатым звучанием старой пластинки, заставившей на мгновение забыть о суете прошедшего дня. Заказал суши — решил, наконец, освоить современные методы добывания себе ужина. Усталость, конечно, сказывалась, хотелось расслабиться и обдумать всё происходящее.
В дверь постучали. Я глянул на часы — наверное, курьер приехал. Поднялся, распахнул дверь — а на пороге вместо курьера стояла Алька Бобр. Я слегка опешил, встретив её взгляд, и невольно улыбнулся.
Рыжие, волнистые, словно языки пламени, волосы спадали на плечи и грудь, подчёркивая загорелую до благородной бронзы кожу. Зелёные глаза, в которых всегда играла хитринка, и сейчас смотрели на меня с лукавым блеском. Лёгкое воздушное платье мягко облегало её точёную фигуру, подчёркивая каждый изгиб стройного тела. На стройных ножках тонкие каблучки, завершающие этот невероятно притягательный образ.
Алька выглядела так, будто её специально создали, чтобы сводить с ума мужиков.
— Ну привет, герой, — она улыбнулась, слегка покачивая пакет в руках.
— Ого, какие люди! — удивлённо протянул я, стараясь скрыть растерянность. — А ты как вообще мой адрес нашла?
— С собаками тебя искала. С полицией, — Алька задорно засмеялась, закидывая назад копну своих волос. — Да ладно, Грач сказал. Потерялся ты совсем, телефон сменил, адрес новый… Сама понимаю, времена такие. Но теперь — все… Конец войне?
— Хорошо, что понимаешь, — улыбнулся я ей в ответ.
— Ну, раз гора к Магомету не идёт, Магомет сам пришёл, — Алька игривым жестом достала из пакета бутылку вина. — Отметим нашу встречу?
Не успел я ответить, как дверь соседней комнаты распахнулась, и на пороге возникла Ирка. Она сначала с любопытством уставилась на Альку, затем на меня и вдруг небрежно бросила:
— Максим, слушай, соли одолжи немного.
Я нахмурился, понимая её уловку:
— Ир, я вчера сам у тебя соль брал. У тебя полная банка была. Куда дела?
Ирка пропустила мою реплику мимо ушей, уставившись на бутылку в руках Альки:
— Ой, вино! Какое классное, мускат! Прямо такое же, Макс, как мы с тобой недавно пили! — она хитро покосилась на Альку, не скрывая торжества.
Алька смерила её злым взглядом, тут же нахмурившись. Ирка же, чувствуя себя победительницей, ехидно спросила:
— А вы вообще кто? Сестра, наверное? Хороший у вас брат.
— Оценила уже? — прошипела на это Алька.
— Уважаемая соседка, не лезь не в своё дело, пожалуйста, — осадил я её, пропуская Альку внутрь комнаты.
Ирка осталась стоять на пороге, вытягивая шею, чтобы заглянуть внутрь, но я решительно захлопнул дверь, отсекая её от происходящего.
Алька поставила бутылку на стол, взглянула на меня с лёгким укором и улыбнулась:
— А ты, я смотрю, времени даром не терял. Совсем освоился тут, да?
— Ну… — начал я, не зная, как ответить, но она тут же прервала меня:
— Ладно, ничего не говори. Господи, Макс, как я соскучилась…
Она приблизилась вплотную, неотрывно глядя на меня, и начала медленно снимать платье, едва заметно покачиваясь в такт тихо звучащей виниловой музыке. Одним лёгким движением она скинула с плеча тонкую бретельку, затем вторую, и платье разом соскользнуло вниз, оголив её идеальное тело. Алька стояла передо мной, полуобнаженная и прекрасная, с вызывающей и одновременно нежной улыбкой, а в её зелёных глазах отражался закат.
Я выдохнул и почувствовал, как всё напряжение прошедшего дня моментально растворилось.
