Кого другого после такого маневра развеяло бы в прах, да и сам Сергио рисковал вывалиться в воздухе на высоте девятого этажа и рухнуть вниз, но расчет оказался верен: неловко завалившись на бок, альбинос растянулся на мозаичном полу закрытого хранилища городского музея. По инерции неординара несколько метров проволокло по гладкому мрамору и впечатало в стену. По его меркам — несильно.
Помотав головой, Сергио несколько мгновений приходил в себя, потом сбросил оцепенение и бросился бежать по заставленному стеллажами проходу — защитные заклинания пока не уловили присутствие чужака, но вечно продолжаться такое везение не могло.
На ходу распотрошив полученный от детектива пакет, альбинос безошибочно отыскал нужную витрину и торопливо замкнул на прикрывавшем ее бронелисте контур пластиковых трубок, заполненных сложной смесью алхимических реагентов. Едва успел отскочить — и крышку витрины расчертило ослепительное сияние. Оплавленный по краям кусок прозрачной стали с лязгом упал вниз, а мгновение спустя взвыла сирена охранной сигнализации.
Отодвинув в сторону вывалившийся кусок бронестекла, Сергио поддел горловиной колбы замысловатую руну, словно вырезанную из цельного рубина, и до щелчка завинтил хрустальную пробку. Вплавленные в черное стекло прожилки серебра должны были обеспечить надлежащее экранирование, и альбинос безбоязненно спрятал импровизированный контейнер в карман.
Вой сирен оборвался, один за другим начали наливаться пронзительным сиянием висевшие под потолком светильники, и Сергио опрометью бросился к ближайшему окну — до прибытия охраны оставались считаные секунды. С разбегу выбить армированное стекло в пару пальцев толщиной неординар даже не надеялся, а потому потратил несколько драгоценных мгновений на укрепление второго наполненного алхимической взрывчаткой контура. Прикрыв лицо рукой, альбинос отошел на пару шагов назад, а когда через проделанное взрывом отверстие в стеклопакете внутрь башни ворвался ветер, разбежался и выпрыгнул наружу.
«И все-таки я молодец», — именно эта мысль посетила меня, когда на следующий день я буквально выполз из душевой кабинки в медсанчасти и принялся растираться полотенцем.
Возьмем, к примеру, Эдуарда — какое у него будущее? Пройдет переподготовку, получит хорошую должность, личный кабинет, непыльную работенку. Лет через десять отрастит брюшко, через двадцать — загнется от сердечного приступа, поднимаясь по лестнице на второй этаж.
Вот мне такое точно не грозит. Со здешним медицинским обслуживанием у болячек просто нет шансов загнать меня в могилу. Гвардейские медики этого просто-напросто не допустят. Им конкуренты ни к чему…
Усмехнувшись невеселой шутке, я оделся и отправился на поиски Артура, мучением которого занималась другая команда врачей. Совсем они здесь от безделья замаялись — так вцепились, что сил никаких нет. Обычных обследований и анализов им уже недостаточно — сегодня меня с ног до головы непонятно для чего облепили датчиками и три часа гоняли на тренажерах. И это после вчерашнего-то!
— Обедать? — поинтересовался я у Станке, запив выданные медсестрой таблетки стаканом холодной воды.
— Не, — мотнул головой тот. — Вот насчет ужина еще подумаю…
— Как знаешь, — хмыкнул я. Самочувствие, конечно, не очень, но обед пропускать — последнее дело. Так и ноги протянуть недолго. — У нас на сегодня запланировано что-нибудь еще?
— К комиссару зайти надо, — распахнул дверь Артур. — А завтра опять наверх.
— Завтра?! — расстроился я. — Ты ж говорил, завтра увольнительную дадут?
— Дадут, — кивнул Станке. — Выход в ночь, часам к восьми утра освободимся.
— Ну это другое дело.
Расставшись с отправившимся по своим делам Станке, я спустился на минус третий этаж, зашел в столовую, взял поднос и, остановившись на раздаче, задумался. Вот только еще вроде двойную порцию брать собирался — и уже понимаю, что кусок в горло не полезет. Странно.
— Марк, давай к нам, — замахал руками Валентин, сидевший за столом в компании с Власом и Алексом.
— Привет, — поздоровался я и, усевшись на скамью, задумчиво уставился на еду.
А ведь, пожалуй, даже галеты не буду, чайку попью и пойду в блок отлеживаться. Вымотался — сил нет.
— Как-то ты по-скромному, — усмехнулся глянувший на мой поднос Влас.
— И не говори. — Я отхлебнул чайного напитка и поморщился. Бурда. — Совсем плохой стал.
— Да это со всеми так поначалу, — отодвинул от себя пустую тарелку Бор. — Медики какой-то гадостью пичкают, чтобы организм быстрее к энергетике местной привык. Потом за двоих наворачивать начнешь.
— Посмотрим.
— Точно тебе говорю, — кивнул оборотень. — Ну что насчет картишек?
— Не, я пас, — отказался я. — Мне б до койки доползти.
— Хорош, так всю жизнь проспишь, — и не подумал оставить меня в покое Валентин. — Нам четвертый нужен.
— Родиона зовите.
— А он отгул взял и в город умотал, — зевнул Влас.
— Капрал?
— Опять со своими книжками заперся, не дозовешься, — буркнул Алекс.
— Вот как? — удивился я.
