— Разумеется. В коридоре всегда дежурил охранник, но бывали моменты, когда они оказывались вдвоем. Я знаю, что Уильяму нравилось беседовать с Ричардсоном. Он был очень умный.
— Мистер Смит, — сказал Мазур, его улыбка была естественной, дружеской, словно они с директором тюрьмы давно хорошо знали друг друга. — Мы здесь не для того, чтобы судить вас задним числом. Нам прекрасно известно, что у вас на корабле полный порядок.
— Ричардсон никогда ничего не передавал Уильяму? — спросила Кейт.
— Это строжайше запрещено. — Нахмурившись, Смит покачал головой.
— Как долго Ричардсон посещал вашу тюрьму?
— Около года. Заключенные отзывались о нем очень высоко. Его лекции были эффективны. — Директор тюрьмы снова покачал головой. — С этим есть какие-то проблемы? Вы хотите сказать, я что-то упустил?
— Нет, — поспешно заверил его Мазур. — Мы просто собираем информацию, сэр. Пытаемся связать воедино разрозненные факты.
Смит несколько расслабился, однако выражение его лица оставалось настороженным.
— Как я уже говорил, Уильям был образцовым заключенным. Каждую неделю брал в библиотеке новые книги, и, насколько я могу судить, прочитал все, что у нас имелось. Его можно считать образцом успеха нашей работы.
Кейт показалось, что ее скребут ногтями по коже. Она явственно представила себе, как дернулось от попадания пули тело ее отца.
— Уильяма навещали в заключении?
— Вначале появлялся брат, но за последние лет десять он не был здесь ни разу. Однако сестра продолжала приезжать по несколько раз в год.
— Сестра? — встрепенулась Кейт. — У Уильяма нет сестры.
— Ну, точнее, сводная сестра. Говорила, что у них общий отец.
— Как ее зовут?
Подойдя к столу, директор Смит взял дело Уильяма Болдри.
— Глория. Глория Эрнандес.
Глория Эрнандес, теперь Глория Санчес. Дочь Нины, она выросла в доме Болдри. В детстве они с Уильямом были близки. Действительно ли они сводные брат и сестра или это лишь сочиненная ими легенда?
Достав телефон, Мазур отыскал фотографию Глории.
— Это она?
Смит склонился к экрану.
— Да, думаю, она. Хотя она никогда так не красилась и не носила столько украшений. Всегда была скромно одета.
— Как часто Глория навещала брата? — спросила Кейт.
Директор тюрьмы полистал дело.
— Два-три раза в год с тех самых пор, как Уильям начал отбывать заключение. — Он прищурился, читая последнюю запись. — Пять раз за последний год.
— Вы с ней разговаривали? — спросил Мазур.
— Разумеется. У меня правило знакомиться со всеми постоянными посетителями. Всегда была очень любезна. Они с Уильямом любили играть в шахматы.
— В шахматы? — спросила Кейт.
— Глория играла очень хорошо. Я как-то раз наблюдал за одной партией. Она играла как Уильям, если не лучше.
Кейт и Мазур поговорили с директором тюрьмы еще минут десять, после чего поблагодарили его и расстались. Когда они вышли на улицу, теплый воздух отчасти рассеял холод, пропитавший насквозь кости Хейден. Они молча направились к машине Мазура. Только сев во внедорожник, Кейт с облегчением перевела дыхание.
— Уильям и Ричардсон были связаны между собой. И Глория регулярно навещала Уильяма. — Она запросто могла получать инструкции от Уильяма, дополнительно связываясь с Ричардсоном.
— Глория действительно его сводная сестра?
— Моя мать говорила, что когда у Глории в старших классах школы возникли какие-то неприятности, отец Уильяма поговорил с моим отцом, и все обвинения были сняты. Именно так поступил бы ради своей дочери родной отец.
— Именно так отец и поступает ради своей дочери.
— Уильям никогда ничего мне не говорил, но я знаю, что в его семье Нину очень любили.
Достав телефон, Мазур набрал текстовое сообщение.
— Попрошу Палмер проверить свидетельство о рождении Глории Санчес.
— Сомневаюсь, что отцом указан Болдри-старший, но проверить стоит.
— Вы полагаете, Ричардсон изучал дело Прорицателя?
— Подобное дело непременно должно было его привлечь.
— Значит, Уильям мог узнать обстоятельства преступления от него.
— Вполне возможно. — У Кейт зазвонил телефон. Взглянув на экран, она увидела, что номер не определился. — Агент Хейден слушает.
— Похоже, ты навестила мое бывшее логово…
При звуках голоса Уильяма у нее по спине пробежала холодная дрожь. Повернувшись к Мазуру, она беззвучно произнесла имя Болдри.
— Навестила. Директор тюрьмы рассказал много чего любопытного. Ты установил на нашей машине «маячок»?
Подняв телефон, Мазур изобразил губами: «Отслеживаю». Выйдя из машины, он сразу же позвонил в компанию сотовой связи и попросил установить местонахождение телефона, с которого в настоящий момент звонили Кейт, после чего обошел машину и заглянул под нее в поисках маячка.
— Я в технике ничего не смыслю. Хотелось бы поговорить с тобой об этом, но у нас нет времени. У меня всего тридцать секунд. Я так понимаю, детектив Мазур уже пытается отследить мой звонок.
Ложь только разозлит Уильяма, а ее саму выставит глупой. В настоящий момент лучшая тактика заключилась в том, чтобы убедить его, будто он может ей что-то доказать.
— Ты же сам прекрасно понимаешь, как это делается.
— Почему ты так упорно стремишься меня найти, Кейти?
