— Я любил Ребекку. И хотел на ней жениться. Но она не хотела делать больно Глории. Она искренне ее любила и была признательна ей за то, что та для нее сделала. — Он смахнул слезу. — Кто мог ее убить?
— Мы над этим работаем. Вы уже договорились о похоронах жены? — спросила Кейт.
— Да. — Мартин поднял голову. — Служба назначена на воскресенье.
Хейден не собиралась судить Санчеса, но если учесть, что он в течение нескольких дней потерял двух любимых женщин, нетрудно было понять его боль.
— Если будет что-нибудь новое, я позвоню.
Мартин бессильно упал в кресло, разбитый, потерянный.
— Может быть, мне позвонить вашей дочери? — предложила Кейт.
— Изабелла… — прошептал Мартин. — Слава богу, она у меня осталась.
— Буду на связи, — сказала Хейден.
Они с Мазуром молча вернулись к машине и через двадцать минут уже были в зале совещаний полицейского управления. Там их ждало дело об убийстве ее отца.
— Может быть, сначала этим займусь я? — предложил Тео.
— Нет.
— Но это же очень больно. — Он склонил голову набок.
Сняв рюкзачок, Кейт поставила его на стул и провела пальцем по папке.
— Все будет в порядке.
Мазур ткнул большим пальцем в сторону двери.
— Принесу кофе. И десяток пончиков, если смогу раздобыть.
— Спасибо.
Когда за ним закрылась дверь, Хейден села за стол и, погладив обложку, собралась с духом и раскрыла папку.
На первой странице была аннотация с кратким изложением обстоятельств дела. Если не смотреть на имя отца, можно было дистанцироваться от фактов, как это уже бывало неоднократно.
Перевернув страницу, Кейт увидела наброски с места преступления. На грубых рисунках были изображены стоянка, положение машины Хейденов по отношению к двум другим машинам и здания вокруг. И, разумеется, переулок, в котором поджидал убийца.
На следующей странице был отчет о вскрытии, и тут уже Кейт не смогла сдержать волну обжигающих чувств, разлившихся по телу. Глаза защипало от подступивших слез, руки задрожали. Профайлер поспешно перевернула страницы с отчетом о вскрытии, надеясь найти записки.
Увидев два исписанных от руки листка, адресованных ей, она молча уставилась на них. Ей пришлось сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы унять бешено колотящееся сердце.
Кейт прочитала первую записку:
Откашлявшись, она прочитала вторую:
Хейден не смогла бы сказать, как долго смотрела на четкие буквы, выведенные синими чернилами на белой бумаге в линейку. Она даже не услышала, как открылась и закрылась дверь зала совещаний.
— Кейт!
Она вздрогнула, услышав голос Мазура. Подняв взгляд, увидела, как детектив ставит на стол поднос с двумя стаканчиками кофе и тарелкой пончиков.
— Извините, задумалась.
Заглянув в раскрытую папку, Тео прочитал записки.
— Это написал вам Болдри?
— Да.
— Когда вы отдали их следователям?
— Уже после убийства отца.
— А почему молчали до тех пор?
— Мне было стыдно. Я считала Уильяма таким хорошим и замечательным, а затем обнаружила, что ошибалась… Была полной дурой.
— В этих записках ничего не говорилось о том, что он замыслил что-то плохое?
— Нет. Он не говорил прямо, что желает моей смерти.
— Итак, вы сделали карьеру, разбирая истинный смысл слов.
— Более или менее.
Пододвинув стул, Мазур протянул Кейт кофе и пончик.
— И что вам говорит эта записка сейчас?
— Это Уильям Болдри от имени Самаритянина отправил последнее сообщение в полицию.
— Как вы это определили?
— В своем сообщении он использовал выражение «ангел мелосердия». И, как и в записке, написанной мне много лет назад, во втором слове допустил орфографическую ошибку. Во всех письмах ко мне он ставит после моего имени точку с запятой, что в данном случае весьма необычно. В предложениях с отрицанием снова нет запятых.
— Он пытался нас обмануть.
— А может быть, Уильям просто меня испытывает. Он знает, что это моя работа. То, чем я занимаюсь. Он ведет игру. Он заманил меня в эту комнату, и я только что пережила заново самые страшные минуты своей жизни.
Мазур закрыл папку.
— С огромным наслаждением отправлю этого козла за решетку.
— Я бы использовала другое слово, но я с вами согласна.
Когда Дрекслер толкнул дверь своего номера в мотеле, было уже два часа дня и он устал как собака. У него хватило сил разыскать дом Хейден, но, как ни хотелось ему остаться рядом в машине и дождаться ее, он понимал, что это верный способ попасть в руки полиции.
