— Нас пасут, — буркнул я. — Разделимся. Филя, Серый — обойдите зал, послушайте разговоры. Рита, держись рядом с Зарой, но постарайтесь смешаться с гостями. Я попробую найти Фахима или его прихвостней.
Мы разбежались, как было условлено. Я медленно курсировал по краю зала, притворяясь, что любуюсь то декорациями, то закусками. На самом деле я навострил уши, как пограничная собака.
Не прошло и десяти минут, как у входа появился новый гость. Толпа расступилась, пропуская высокого мужчину в дорогих одеждах с золотой вышивкой. Его сопровождали четверо телохранителей с каменными лицами.
— Фахим, — я чуть не подавился оливкой, узнав наглого ублюдка, который едва не отправил Рашида к праотцам.
Хартингтон тут же подлетел к новому гостю, расплываясь в улыбке и раскинув руки, как старый друг:
— Мой дорогой шейх Аль-Саид! Какая честь для нас!
Фахим милостиво кивнул, позволяя британцу потрясти свою руку. Я заметил, как гости перегруппировались — одни подтянулись ближе к Фахиму, другие, наоборот, отползли подальше. Без телескопа было видно, кто на чьей стороне в этой заварушке.
Я подкрался ближе, прикрывшись колонной. Фахим и Хартингтон обменивались любезностями, но за вежливыми улыбками явно скрывался расчёт хищников, делящих добычу.
— Конечно, конечно, мы обсудим это в более приватной обстановке, — вещал Хартингтон, понизив голос, но у меня слух как у летучей мыши. — Корабль прибудет через три дня. Все будет доставлено, как мы и договаривались.
— Превосходно, — кивнул Фахим. — Надеюсь, на этот раз обойдется без досадных задержек. Время не терпит.
— О, не беспокойтесь, — заверил его Хартингтон. — Этот груз имеет высший приоритет. Кстати, должен вас предупредить…
В этот момент Фахим поднял глаза и встретился со мной взглядом. Его зрачки сузились, как у хищника перед броском.
— Надо же, какая неожиданная встреча, — процедил он, медленно разворачиваясь в мою сторону. — Русский, который посмел выжить после нашего знакомства в Чёрном Замке.
Хартингтон замер, переводя удивлённый взгляд с меня на Фахима.
— Вы знакомы с этим… молодым исследователем, шейх?
— О да, — Фахим шагнул ко мне, его золотистая аура Льва начала едва заметно проступать вокруг плеч. — Наш юный друг любит совать нос в чужие семейные дела. Не так ли, Вольский?
Я почувствовал, как собственный Покров отзывается на его присутствие — тонкие голубые нити проступили на моих пальцах.
— Особенно когда эти семейные дела включают в себя попытки убить ни в чем неповинного подростка, — ответил я, не отводя взгляда.
Хартингтон явно потерял нить разговора, его британская невозмутимость треснула, как фарфоровая чашка.
— Господа, позвольте напомнить, что вы на дипломатическом приёме…
— Не беспокойтесь, консул, — Фахим улыбнулся, но его глаза остались холодными. — Мы с господином Вольским просто выясняем старые разногласия. Ничего серьёзного.
Когда консул слегка отвернулся, Фахим наклонился ко мне — не сближаясь, а скорее нависая, как стервятник над добычей — и произнёс сквозь зубы так, чтобы слышал только я:
— В следующий раз твоя голова окажется на пике у ворот моего дворца. И это будет скорее, чем ты думаешь.
В его глазах мелькнуло что-то настолько зловещее, что у меня по спине пробежал холодок. Уверенность. Абсолютная, спокойная уверенность человека, уже выигравшего партию.
— Было приятно возобновить знакомство, господин Вольский, — громко добавил Фахим. — Надеюсь на скорую встречу.
Развернувшись к Хартингтону, он уже совершенно другим тоном произнёс:
— Консул, нам нужно обсудить детали поставки. И, желательно, в приватной обстановке.
Они удалились, а я остался с чувством, будто только что смотрел в глаза змее перед броском. Что-то изменилось. Фахим был не просто зол — он излучал ту особую уверенность игрока, держащего на руках все козыри. И это напрягало больше любых его угроз.
Вечер тянулся медленно и мучительно, как похмелье после дешёвой водки. Мы перемещались по залу, прислушиваясь к разговорам и следя за тем, как выстраиваются невидимые альянсы между гостями. Британцы подливали шампанское, арабские шейхи улыбались белозубыми улыбками, а под всем этим текла незримая река денег, оружия и влияния.
Филя, предсказуемо, быстро забыл о нашей миссии. Не прошло и получаса, как этот рыжий бабник уже оказался в окружении трёх восточных красавиц, сверкающих золотыми украшениями ярче, чем его Покров. Он что-то рассказывал им, активно жестикулируя, а девушки прикрывали рты ладонями, пряча смех.
— Ваш друг опасно заигрался, — заметила Зара, появляясь рядом со мной. — Эти девушки — дочери шейха Аль-Кадима. Их отец славится тем, что отрубил руки последнему мужчине, посмевшему заговорить с ними без его разрешения.
Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как к Филе направляется суровый бородач в богатых одеждах, сопровождаемый двумя охранниками с каменными лицами.
— Чёрт, — выругался я. — Только драки нам не хватало.
