— Муку Фёдор сын Ондреев за князя своего принял, страдал и был вознаграждён, — ответил за меня сабельщик Евсей, присовокупив к пояснению изрядный тумак. Видимо был этот мастер среди кузнецов в чести, поскольку получивший подзатыльник сразу сдал назад:
— Яз интересуясь спросил, без умысла, чего драться-то дядька Евсей.
Неожиданным союзником выступил протопоп церкви Воздвиженья Честнаго Креста:
— Русь есть земля истинно святая, богоспасаемая. Ничтоже нет удивительного, что на ней свершаются чудеса явления и христиане слышат истинный глас Божий.-
— Особливо после таинства причащения, где души верующих соединяются с Господом нашим, Иисусом Христом, — строго добавил он для своих, видимо не очень ревностных, прихожан.
Не давая устюженцам остыть, я продолжал:
— В том сне чудесном был мне дарован ещё один секрет. Яз открою его вам, ежели клянётесь на святом кресте, исполнить нужную работу не прекословя и не переча. Без запинки и лености, без воровства и величания. Ежели сотворите крестоцелование на том, что доведёте дело до конца, невзирая на глад и мраз, да будете повиноваться мне не токмо как князю и начальному над вами человеку, но как отцу родному, хоть будь яз моложе летами на сто лет. —
К счастью Акинфов меня не подвёл. Он собрал в этой избе настоящих мастеров, а такие люди никогда не откажутся овладеть новыми секретами своего ремесла. Поэтому собравшиеся были готовы целовать крест, писаться в полные холопы, возможно, некоторые согласились бы даже расписаться кровью, где нужно, лишь бы им досталось тайное знание в своём деле.
После проведения очередной клятвы я как мог доступно, но достаточно подробно поведал им о сущности передельного процесса в металлургии. Кузнецы были несколько разочарованы.
— Верно ли ты всё расслышал, княжич, не упустил чего со сна-то? — допытывался Фома, он видимо ждал каких-то совсем экзотических рецептов.
— Изработать в домнице железо на плавленую жижу, что металл растворяет, эт можно, — вторил неверующему другой коваль. — Вот тока из этой жижи, как застынет, что-то путное получить — дело нестаточное.
— Разделим расплав на два жидких слоя, одно над другим как масло постное над водой плавать будет, — пришлось мне успокаивать встревоженных устюженцев. — Верхний действительно бесполезный, а вот из нижнего доброе железо выйдет. Токмо нам пока и железо ни к чему, будем лить эту жижу, чугун именуемую, в песок. Так ядер для воинского припаса царя Фёдора Ивановича изготовим. Будет вам не битьё батогами да убытки, а чистая прибыль.
— Да примет ли дьяк снаряды пушечные из такового испорченного железа? — не переставал сомневаться Фома.
— Примет. Не дай, Бог, случится какая беда — весь урон из княжеской казны покрою, вам в разорение впасть не дам —
Терзали сомнения вполне благожелательно настроенного ко мне Евсея:
— Яз слыхивал, будто в Немцах таковым способом кое-какое железо делают. Разве ж может свыше данный секрет, вовсе не чудесным быть, а просто не всем людям ведомым. —
— Две хозяйки могут одним манером хлеба печь. Токмо одна щепотку соли в тесто кинет, а другая нет. Вроде токо чуток одна работа от другой отличается, а на вкус — совсем разно. То, что мы учиним, хоть и не сразу, а несколькими летами опосля, ни одним немцам не снилось и не виделось.
Расходились пять мастеров кузнечного да железного дела озадаченными. Что ж окажется поведанное им чудом или окажется очередной несбывшейся мечтой — зависело теперь большей частью от них.
Визит в Устюжну планировался коротким, чтобы успеть вернутся домой к Рождеству. Однако планы изменились, в этом северном городке на речке Мологе нам предстояло задержаться чуть ли не до конца зимы. Постройка прообраза домны в зимний период была делом несколько фантастическим, но раз взялся за гуж, не говори, что не дюж. Первым делом я осмотрел запасённые металлургами с лета запасы руды. Такого сырья в первой своей жизни мне видеть не приходилось, был этот материал комковатый, рассыпчатый, ни чем не напоминавший магнитный железняк. Судя по всему, ещё и содержание металла в этой скорее железистой земле, чем руде, было крайне низким, а вот вредных примесей, судя по всему, наличествовало с избытком.
Поездка к производящим крицы домницам несколько примирила меня с необходимостью использовать в производстве болотные бурые железняки. Эта непритязательная руда оказалась достаточно легкоплавкой и легковосстановимой до железа, что позволяло резко снизить размеры прототипа домны и обойтись относительно слабым дутьём.
