— Что там? — не удержался от вопроса Стивен.
Младший научный сотрудник пожал плечами.
— Пока ничего определенного. Есть ненулевая вероятность нападения на лагерь. Чекист решил перестраховаться и заставил всех рыть окоп.
— Окоп? — нахмурился Стивен.
Впрочем, тактика Чекиста вполне лежит на поверхности, при минимуме бойцов необходимо максимально использовать неровности рельефа. А ежели таковых в природе не наблюдается, придется организовать их собственными силами.
Нападут или нет, пока неизвестно, флегматично рассудил он, значит есть время немного подремать. Чему быть, того не миновать. Закрыл глаза и вошел в уже привычное состояние между сном и явью.
Стивен проснулся от громкого вопля политрука:
— Боевая тревога!
Значит, не повезло, и бандюки все-таки напали. Ух как все плохо, пять человек охраны обоз не удержат, а из водил стрелки никакие, пришлось в этом лично убедится.
— Вась, — безо всякой надежды спросил он, — ты стрелять-то хоть умеешь?
Тот отрицательно помотал головой.
— Даже если бы и умел, — показал руку на перевязи, — пальцы не слушаются.
— Ясно, — помрачнел Стивен, прислушиваясь к грохоту выстрелов, — будь другом, принеси мой автомат.
— Да зачем он тебе? — вдруг возмутился младший научный сотрудник, — только с того света выкарабкался и опять за свое.
— Автомат! — коротко и веско бросил Стивен.
Василий забормотал что-то одними губами, долго копался в задней части микроавтобуса, роняя мелкие предметы, наконец притащил оружие. Стивен отсоединил магазин, заглянул внутрь — полный. Хорошо! Вернул обратно, снял автомат с предохранителя, перевел собачку на стрельбу одиночными.
— Дополнительные магазины в разгрузке были, — с трудом просипел он. Долго разговаривать было все еще очень трудно.
Василий вернулся и на этот раз гремел стеклом и железом в два раза дольше. Разгрузку он так и не нашел, только подсумок, но искомое внезапно обнаружилось именно в нем.
— Помоги выбраться из машины.
— Ты что сдурел? Тебе еще нельзя ходить. Постельный режим.
— По-мо-ги!
Василий открыл дверцу, выскочил наружу, обошел машину по кругу, обхватил Стива под мышки и потянул на себя. Грудь просто взорвалась от боли, но Стивен вытерпел, изо-всех сил сжав зубы.
Нечего страшного, у него высокий болевой порог. Жизнь в гетто многому научила, а пустыня закрепила приобретенные навыки.
С трудом устоял на ногах, придерживаясь за распахнутую настежь дверцу. Голова сразу закружилась, но через пару секунд все пришло в норму.
— А теперь уходи!
— Куда?
— В окоп!
— А ты?
— Как получится.
— Я никуда не пойду без тебя.
Стивен закинул автомат на плечо, очень уж тяжелый, зараза. Осторожно отпустил дверцу и сделал первый неуверенный шаг. Пошатнулся, но устоял на ногах. Развернулся всем корпусом к Василю:
— Уходи! Через пару минут тут будет опасно.
Больше он не оборачивался, если у младшего научного сотрудника есть хоть небольшая капелька мозгов, он безусловно выполнит приказ. Ну а если нет… то на нет и суда нет. Дураки и трусы в перестрелке обычно не выживают.
Собрался с силами, аккуратно сделал еще пару шагов. Вроде бы ноги держат. Боец из него сейчас, конечно, как из попа балерина. Поэтому соваться на первую линию обороны смысла нет. А вот где-нибудь залечь и оттуда время от времени постреливать, он вполне сможет. Нужно только повыше забраться, чтобы видимость была хорошей.
Сейчас самое безопасное место — это бензовоз. Если нападающие не совсем идиоты, то стрелять в сторону горючки не будут. Иначе вообще какой смысл нападать на колонну? Захватив технику, они же без горючего никуда ее отогнать не смогут. А хабар они в таком случае на себе потянут? Нет, конечно! Пожалуй, соляра — самое ценное, что есть в конвое. Значит, цистерны постараются сохранить в целости и сохранности. Чем и можно воспользоваться.
Ну а если не повезет, то не повезет. Факел будет большой и красивый, а для самого Стивена все закончится мгновенно.
Кое-как доплелся до бензовоза, с ужасом посмотрел на крышу кабины — нет, не подняться — слишком высоко. Руки дрожат, в глазах двоится, ноги подкашиваются. Сейчас бы прилечь и пару часиков вздремнуть…
Побрел, цепляясь за бочку к задней части, там лестница. Можно попробовать забраться на площадку наверху цистерны. Достаточно высоко, чтобы получить хороший обзор. Правда, чтобы стрелять лежа на пятнадцати тоннах огнеопасной жидкости нужно либо иметь стальные яйца, либо совсем не иметь мозгов. Для меня больше всего подходит второй вариант.
Наверх поднимался с остановками и передышками, как столетний дед. Но ничего, справился. Потянул автомат с плеча, пристроил в основании горловины цистерны, ухватился за ограждение, слегка приподнял вверх голову, осмотрелся.
Перестрелка в самом разгаре. Наступающие рассредоточились цепью по обе стороны от дороги. Даже навскидку их слишком много, человек тридцать — сорок. Ведь никаких шансов отбиться. Если штурмовики не вернутся вовремя, то все, нам — кранты.
