— Прекрасное место для завершающего аккорда, — глядя вдаль, проговорила женщина.
— Согласен. Только ты уверена, что справишься? — Мужчина посмотрел на сообщницу. — Она становится все сильнее.
— Поверь, я достаточно ее изучила, — усмехнулась ведьма. — И мы должны помочь ей стать еще сильнее. Чтобы весь этот проклятый город услышал последний крик банши.
Утром, когда Максим заехал за ведьмой, Катя уже встала.
— Привет! — Инквизитора было не видно за роскошным букетом цветов.
— Спасибо. — Екатерина выдавила из себя улыбку, принимая цветы.
— Как спалось? Я переживал, что ты без охраны.
Максим по-хозяйски разулся и прошел на кухню. Катя ничего не сказала, налила в большую вазу воды — вазы у нее имелись на все случаи жизни, все-таки врачу часто дарят цветы, — и только потом зашла следом за инквизитором.
— Ты ничего не замечаешь? — спросила Катя.
— Замечаю. Ты поставила охранные заклятия на всю квартиру. Молодец, это правильное решение.
— Максим, — ведьма в упор посмотрела на собеседника, — я не нуждаюсь в охране. И с сегодняшнего дня не имею ничего общего с инквизицией. Верховной ведьме я уже о своем решении сообщила, и она меня поддержала. Для помощи в расследовании я сделала даже больше, чем нужно. В понедельник я возвращаюсь на работу.
— Но ведь твоя жизнь до сих пор в опасности, — попытался возразить молодой человек.
— Я взрослая и могу оценить риски. Знаешь, детей часто забирают из больницы под расписку, вот и я беру сейчас ответственность на себя.
Катя смотрела Максиму в глаза. Вообще, ведьмам нелегко выдерживать взгляд инквизиторов, но с каких-то пор взгляд конкретно этого инквизитора не вызывал неприятных чувств, а, наоборот, притягивал и завораживал.
— Катя, — Максим просто не мог принять отказ, — работать или не работать с инквизицией — это твой выбор, к тому же твою помощь действительно сложно переоценить. Но отказываться от защиты как минимум неразумно.
— И кто же, скажи на милость, будет меня защищать? — с насмешкой спросила женщина.
— Мне кажется, этот вопрос даже не стоит.
— Нет никакого вопроса. Мы могли быть вместе, пока я участвовала в расследовании. Закончилось мое участие, и все наши отношения тоже пришли к логическому завершению.
— Это ты называешь логическим завершением? — Аверин встал со стула. — Катя, мы опять вернулись к тому, с чего начали, не находишь?
— Все правильно. Круг замкнулся. Цикличность — смысл бытия. — Катя попыталась улыбнуться, но не смогла.
— Объясни, почему? — Контроль над повышающимся голосом инквизитор утратил, как и над собственным даром: он заполнял кухню, поглощая кислород. Во всяком случае, дышать ведьме сразу стало тяжело.
— Максим, мне кажется, если ты подумаешь, то поймешь, что вместе мы все равно не будем. Так зачем продолжать то, что заведомо обречено на провал?
— Знаешь, сколько я о нас думал? — облокотившись на стол и нависая над ведьмой, спросил Макс. — И я почему-то готов рискнуть. Рискнуть карьерой, отношениями с отцом, с друзьями, которые, скорее всего, меня не поймут. Ты же ничем не рискуешь, так в чем, собственно, проблема?
«В том, что это приворот, дурак!» — хотелось выкрикнуть Екатерине, но о привороте она благоразумно решила не напоминать.
— Да в том, что мне никто не нужен! Ведьмы — одиночки по жизни. Именно поэтому так много ведьм, рожающих без мужа, и так мало проживает хотя бы в гражданском браке! Нас нельзя сковывать, ограничивать, привязывать. Нельзя подчинять или подавлять, как ты сейчас, выпуская силу инквизитора!
— Это потому, что я не могу до тебя достучаться! Ты сама все за всех решила, объявила о решении и закрылась! Давай обсудим. Нужна свобода — так я тебя под венец не тащу!
— И не потащишь! — рассмеялась ведьма. — Это вообще не в твоем характере, женатым я тебя не представляю.
— Да что ты знаешь о моем характере! — бушевал инквизитор, а Катя все отчетливее понимала, что задыхается.
— Я говорю то, что вижу. Ты порывистый, несдержанный мальчишка.
— Какая тут, к черту, сдержанность? Неужели тебе мало того, что я всегда готов тебя поддержать? Даже если придется пойти против всех!
— Мне не нужны никакие жертвы! — Катя поднялась со стула, но голова закружилась. Все случившееся слишком измотало ее, а тут еще этот разговор, переросший в скандал.
— Ты в порядке? — Максим подхватил женщину за плечи.
От его прикосновения, уже привычного, разбежавшегося искорками по телу, стало только хуже. Концентрация силы инквизитора превысила все разумные допустимые значения. Ведьма чувствовала, что вот-вот потеряет сознание.
— Максим, уходи. И не возвращайся. Пожалуйста.
Катя не хотела, но вцепилась в его руки, являющиеся для нее сейчас единственной точкой опоры. Инквизитор несколько секунд молчал: наверное, он и сам понял, что перегнул палку. А потом, отпустив одну руку, а второй продолжая ее придерживать, обошел стол и подхватил женщину на руки. Сил сопротивляться у Кати не нашлось.
Опустив ведьму на кровать, молодой человек долго всматривался в нее, успокаиваясь и загоняя внутрь свою силу вместе с бушевавшими эмоциями.
