- Вот дерьмо! - выругался Мартин, всмотревшись в указанном направлении. - Бежим!
Гуппер хотел было спросить, почему нужно бежать, но когда он обернулся, то увидел странника, скачущего огромными прыжками со всей возможной скоростью.
- Не тупи! - крикнула Энни, огибая замершего паренька и бросаясь вдогонку за Мартином.
Гупперу ничего другого не осталось, кроме как бежать что есть сил следом. Бегать ему было не впервой - в Селении не так много развлечений, в основном беготня с друзьями да мелкие пакости, после которых приходилось быстро уносить ноги. Так что странника ребята нагнали быстро.
Прыти Мартина хватило не надолго. Он побагровел и стал задыхаться, а длинные ноги неловко спотыкались и не хотели больше бежать вперед.
- Может... может, они отстали? - Мартин с трудом выплевывал слова, пытаясь обернуться на ходу и не потерять ускользающее равновесие.
Энни, бодро перебиравшая ногами рядом, ловко обернулась и развеяла его надежды:
- Нагоняют. Шустрые какие!
Гуппер, которому порядком мешали чужие сапоги и неудобный мешок, немного отстал от легконогой девушки. Желание плюнуть на эту непонятную беготню и остановиться росло с каждой секундой. Но он не мог проиграть какой то девчонке, не мог сдаться раньше, чем это сделает Фиалка. Иначе какой же он мужчина! Прозовут бабой, и будет он всю жизнь Гуппером Бабой ходить!
Эти мысли подгоняли Гуппера пуще, чем палки тётушки Марты, заставляли искать способ выгодно выделиться. Впереди замаячили зеленые пики елей и паренек, ткнув в них свободной рукой, крикнул:
- Давайте в лес! На дороге негде спрятаться!
Предостерегающий крик Энни был подавлен радостным возгласом странника:
- Да! В лес! Быстро в лес!
Мартин бросился в сторону появившегося подлеска, неуклюже перепрыгивая через ямы и кочки. Гуппер побежал за ним, оставив Энни что-то кричать им вдогонку.
До подлеска пришлось добираться по бездорожью. Бежать через высокие заросли пшеницы в неудобных сапогах было трудно, но азарт гонки уже захватил Гуппера, а Фиалка вновь догоняла оторвавшихся парней.
За подлеском начинался настоящий бурелом. Толстые стволы деревьев переплетались в причудливых танцах, делая передвижение через лес проблематичным делом.
Странник с разбегу перемахнул через поваленную ель и, зацепившись сапогом за торчащий сук, распластался по земле. Гуппер остановился рядом, пытаясь перевести дыхание. Через мгновение их нагнала Энни.
- Что теперь? - спросил паренек, когда странник наконец смог отлепить лицо от ковра из опавших иголок.
- Нет сил... - только и смог выдавить из себя Мартин.
Энни выглянула из-за ели и задумчиво хмыкнула.
- Что там? Они нагоняют?
- Неа, - Фиалка отрицательно тряхнула головой. - Остановились.
Гуппер подошел к ней и выглянул из-за дерева. Преследователей было семеро - семеро невысоких, плотных мужчин в зеленых одеждах. То, что ранее паренек принял за шапки, оказались необычайно яркими рыжими волосами. Преследователи неуверенно топтались у самого подлеска, зло поглядя в сторону спутников, и громко переругивались между собой.
- Ну, что там? - вяло поинтересовался странник, безуспешно пытаясь подняться на ноги.
- Какие-то карлики, - ответил Гуппер, продолжая разглядывать преследователей. - Стоят на краю леса и почему-то не решаются зайти.
Энни фыркнула.
- Потому что бояться. И нам следует! Это же Мертвая чаща!
Гуппер ощутил, как пробежал холодок по спине и все волоски на теле встали дыбом. Один запрет из невероятного множества правил, вдалбливаемых Старшими в головы селян, гласил: никогда, ни за что на свете не заходить в Мертвую чащу. Почему это было запрещено, никто не объяснял, но из всех, ходивших вокруг этого места, слухов следовало одно - кто зашел в этот лес, тот уже не выйдет на свет.
Мартин, наконец поднявшийся с земли, выглянул, чтобы увидеть преследователей.
- Что, ублюдки, съели? - радостно закричал он, увидев их хмурые лица. - Проваливайте!
Странник демонстративно выкинул вперед руку с оттопыренным средним пальцем. От этого жеста, которого раньше Гуппер никогда не видел, преследователи пришли в бешенство. Они подпрыгивали, размахивая увесистыми кулаками и пискляво орали ругательства, но ни один из них не переступил невидимой черты, отделяющей лес от остального мира.
- Не зли их, - сказала Фиалка, с укором смотря на Мартина. - И нечему тут радоваться!
Гуппер стоял, парализованный страхом, прислушиваясь к шорохам и скрипу ветвей, что доносились из тёмных глубин леса. Ему казалось, что из тени на него смотрят злые, холодные глаза, оценивая и уже примеряя его бренное тело на роль главного блюда.
- Ну и что будем делать? - не унималась Фиалка.
Она утянула странника обратно за дерево и принялась нетерпеливо мять подол своего серенького платья.
- Нужно выбираться отсюда! Тут нельзя находиться.
Мартин провел рукой про всклокоченным волосам и оглядел непролазный бурелом, раскинувшийся вокруг.
- Назад, на дорогу, нам точно нельзя, - сказал он, невольно ёжась. - Эти ублюдки не отступят.
