Едва он коснулся внутреннего клубка, как едва не вылетел из удобного кресла – тело задрожало от перегрузки, вынуждая тихо поскуливать сквозь плотно сжатые губы. Бурлящий поток влился в сознание, выстоявшее только благодаря голубой, древней энергии, путами окутавшей осыпающееся «я» человека. Ни смотря на невероятные перегрузки, Байкал продолжил свою работу на пределе сил.
Внутренним взором, отмахиваясь от наплывов картин, он выделил ряд более толстых связей идущих из головы. Отряд, которым раньше командовал мертвый некромант, отвечал за охрану змеи Самохвалова, штурмующую четвертые створки ворот. Шаман почувствовал это присутствием смутного, большого, многосоставного объекта невероятной массы и силы.
Влившись в объект Дансаран почувствовал, какой тяжестью обладает мертвая, однородная голова и хребет существа созданного злой волей прошлого правителя Орды.
Вспышки, чужие воспоминания – ржавые заводы в руках мертвецов отливают голову змеи из раскаленных потоков металла. Каждый позвонок и ребра будущего скелета подволакивают к общей конструкции сразу несколько десятков больших големов, скрепляя их воедино под чутким руководством некромантов, дарующих на процесс сваривания свои внутренние силы.
За всем этим действом с вышины проржавевшей, металлической конструкции, взирает обезображенный человек в кожаном плаще, скрестив руки на груди. Смутной вереницей картин, ореолом вокруг головы, проглядывался призрачный план по созданию существа невероятной мощи.
«Самохвалов» – признал в человеке ушедшую личность наблюдательный Дансаран, вырываясь из общего потока в прошлое, – «но он же мертв. Это просто образ в мертвой голове. Впрочем…» – не закончил свою мысль шаман вскользь, по наитию решив провернуть внутри пылающего сознания мертвеца опасный, авантюрный план.
Сила, не смотря на замедленные переливы Вагнера, стали покидать Дансарана. Нужно было что-то предпринимать и Байкал, решившись на невероятное, влился в темные нити призрака из прошлого, своей волей породившего мертвый организм невероятной мощи.
Змея со стоном остановилась, прерывая следующий удар в покосившиеся ворота, и как действительно живой организм, затрясла многотонной головой. Тысячам тел, наполняющим ее почудилось, что бывший командир Орды, отец и создатель, восстал из пепла, перекрывая сигнал, исходящий от некромантов Маат.
Смутная, далекая, искаженная музыка призрачными переливами ворвалась в сознание Владычицы Орды. Она очарованно вслушалась в далекие переливы, узнавая в звуках мелодию из далекого, беззаботного, сибирского юношества.
Волнами из подсознания пошли подавляемые воспоминания, ведь именно первая, настоящая и единственная любовь суровой женщины – молодой сержант полиции, в ночных прогулках любил слушать классику, обязательно разделяя второй наушник с обаятельной, красивой медсестрой из районной больницы, которую в прошлой жизни звали простым, русским именем Марина.
Мысли предательски отвлекли от событий настоящего. На доли секунды, вспышкой молнии из прошлого Владычице Объединенной Орды захотелось простого, человеческого счастья, упущенного в борьбе за власть и спасение своей жизни, но странные, терзающие душу мысли были рассеяны восставшей волей и стремлением Маат.
Это произошло как раз вовремя – огромная змея Самохвалова, теряя контроль, изогнувшись в середине могучего тела, со стоном и глухим ударом, обрушила великую массу своей головы на свой же многоструктурный хребет.
Лязг и дрожь земли от удара докатились до ног Владычицы, стоящей на холме возле бронированных ног личного сфинкса. Заверещали некроманты, стараясь остановить стремительное саморазрушение змеи, которая начала рассыпаться прямо на глазах.
Куски тел, поглощенных массивным организмом за все время своего существования, разрывая зародившиеся связи, вырывались из плоти змеи, дождем опадая на обожженную землю между каскадами гор.
Покореженные створки четвертых врат и дымящиеся стены последнего оплота послужили импровизированным склепом для погибающего творения.
Истощенная, изогнутая дугой шея переломилась, не выдержав веса стальной головы и огромный, таранный овал стремительно покатился вниз по дороге, ведущей с вершины горного хребта в Мертвые Земли, по пути легко обрушивая защитные конструкции стены и сминая тела охраняющей захваченные участки Ордынской пехоты.
Вагнер, отражаясь в искаженном разуме миллионов тел, рождал небывалую симфонию битвы. Переливаясь, перекатываясь от головы к голове, музыка вызывала густой, отвратительный вой из инопланетных глоток, обращенных в небо.
Через несколько минут все было окончено – огромная туша превратилась в липкую массу разрозненных, перемешанных, смрадных тел неподвижной нежити.
Завизжала сирена стены. Тысячи людей, наблюдая грозное, необъяснимое поведение тарана, породили тысячи смешанных докладов отправляемых на пятый уровень, силясь передать важность дальнейшего закрепления успеха. И пятый уровень, пусть не сразу, но услышал доводы солдат и офицеров.
