– Куда направляется машина? – командующий спецконтингентом вопросительно вскинул глаза над толстыми дугами круглых, старинных очков, отрываясь от чтения позавчерашней газеты.
– Избрала курс на северо-восток. Похоже на бегство после того, как мы прижали партизан в городе.
– Тогда не стоит беспокоиться, – генерал улыбнулся искусственными зубами, вновь погружаясь в чтение, – Наши орлы собьют ее на подходе к зоне действия наших ВВС. Точку вылета отметить успели?
– Да, генерал.
– Ну и отлично. Партизаны сами себя обнаружили. Отправляйте резервные группы в этот район. Самое время выкурить их оттуда! – дождавшись, пока капитан скроется из кабинета, Джеймс отложил газету и задумчиво закурил трубку. Выпустив дымное облако в промороженный потолок, он автоматически вслух, сам для себя продолжил незаконченную мысль:
– и якобы заработать тем самым билет на эшелон душ, – тихо буркнул он себе под нос, чтобы подчиненный не услышал истинных причин операции.
Остаток ночи пришлось ориентироваться по приборам. Странно, но побег удался намного проще, чем это расписывал Олег на инструктаже. Павел был готов ко всему что угодно: атаки ракет при взлете, молнии некромантов, летающая техника неизвестного противника, но нет – всего этого просто не произошло.
Унылый, коричневый пейзаж тундры, с вкраплениями бурых и желтых тонов, с ранним рассветом заблестел замершими зеркалами озер, редким кустарником помахивая вслед летучей машине. Тишина и неподвижность этой местности завораживала. Не было видно ни заброшенных населенных пунктов, ни летучих отрядов мертвецов – только однотонное, утомляющее мельтешение пожухлой травы, кое-где схваченной редкими снежными наносами.
С пассажирского отсека, укрыв своей курткой спящую Алису, к пилоту перебрался бодрствующий Руслан. Расположившись во втором кресле, он безрадостно встречал новый рассвет, который все не хотел разгораться силой нового дня.
– Что будет с воеводой? – спросил Велесов пилота, примерно представляя, избранные Острожанами меры.
– Сначала карцер. Чтобы морально измучить. Затем казнь. Не знаю, почему такой мужик обменял свою жизнь на тебя. Но для него это было действительно важно. Доберемся до места и почтим его память. У нас ходят легенды, что брага гномов пробирает до костей – отличный напиток, чтобы почтить память воеводы.
– Да я не пью, Паш. Совершенно.
– Ничего, для такого случая самое время начать. Девки-то спят?
– Угу.
– Пусть дрыхнут. Лететь еще долго.
– Солнце не встает, – между делом добавил Руслан, устав от затянувшегося рассвета.
– Так полярная ночь близиться. Чем дальше к полюсу, тем света будет меньше. Придется потерпеть.
Руслан не слушал, поначалу не поверив своим глазам – большое стадо оленей, серым пятном в предрассветном сумраке метнулось в сторону, резко вспугнутое звуком низко летящего вертолёта. Живых оленей!
Это противоречило всем лекциям, услышанным в институте. Преподаватели уверяли студентов, что жизнь за Уральскими горами полностью прекратила свое существование. Впрочем, первые инструктажи сухими строчками отчетов доказывали, что и люди полностью сгинули в течение первого пятилетия изоляции, но рядом сидящий пилот, своим существованием, полностью опровергал эту информацию
Практика, на деле все чаще показывала иное, как и всегда значительно разнясь с теорией.
– Ты есть то хочешь? Дядька твой целый мешок припасов с собой дал. Вот только воду принести не успели. Много бы времени прошло до озер первого уровня добираться. Но ничего. Сейчас посадим вертолет и заправимся водичкой, да баки горючим из канистр пополним. Озер то вон скока! Как звезд на небе.
– Ты звезды то видел? Сколько лет в убежище просидел.
– В детстве, еще до большой войны – мама в садик возила на санках. Зима, холодно, темно вокруг, только в окнах пятиэтажек теплиться свет. А я в это время только и делал, что на звезды глядел. Да и во время вылазок, пусть редко, но доводилось. Я ж твоего дядьку давно знал.
– Откуда?
– Нас ему на выручку отправили. Чуть ли не последний отряд, ушедший на восток через Центральные ворота. Я молод тогда был. Юн. Где то в твоем возрасте примерно. Но меня взяли, хоть на момент моего принятия в МГБ я не отработал и года. Да и что делать сироте за стеной, не сидеть же сиднем – родных нет, близких нет. Дядька один живой, да и тот алкаш, до меня дела никакого нет.
В общем, прошли мы пятые створки врат. Экипированные как в фильмах – «тигры» основа… ну такие джипы здоровые, если не знаешь. Впереди «Армата» колонне ход задает. Сзади БМП и несколько десятков пустых КАМАЗов для людей Олега.
Шли ходко. Летучие отряды разбивались легко. У наших потерь ни в технике, ни в людях не было. Я тогда еще помню, удивился – и что мы с этой заразой одним махом не покончим? Легко же… пока первый некромант нам дорогу не перегородил. Вот тогда и хлебнули лиха. Пока его угомонили – запылал головной танк. Волна нежити прижала нас к деревьям. А они в ту пору еще сохраняли активность. Многих по ветвям разобрали. В общем, еле выдюжили, да еще и грузовики почти все там остались. Эвакуировать людей нечем.
