–Но если Васильев знает кто я, то меня кто-то предал! А о том, что я работаю на вас, знают только трое. Я, вы и Матросов. Я сам себя не предавал. Отаются двое.
–Этот подполковник Васильев как чемодан с двойным дном. И второго дна вы так и не заметили, штабс-капитан.
–Я вас не понимаю.
–И не нужно ничего понимать. Вам нельзя возвращаться в Симферополь.
–И как мне перебраться в Константинополь?
–Документы для вас готовы. Сейчас такая неразбериха стоит в Керчи. Через час отходит небольшое судно с контрабандистами. Они доставят вас в Севастополь морем. А там вы сядете на один из кораблей, который направляется в Константинополь.
–И под каким именем я поеду?
–Капитан контрабандистов передаст вам новые документы и деньги.
–Деньги?
–Турецкие лиры и английские фунты. На всякий случай.
–И что мне делать в Константинополе?
–Задание получите на месте.
–А моя семья? – спросил Деев.
–С ними все в порядке. И вы увидите их.
–Когда?
–А вот это будет зависеть от вас, штабс-капитан…
***
Вскоре Деев был уже на борту небольшого суденышка, которое уносило его к Севастополю. Он вскрыл запечатанный конверт, который передал ему капитан судна.
Внутри были документы с его фотографией на имя Мстислава Алексеевича Харузина 1898 года рождения, бывшего сотрудника «Освага».
–Осваг? – Деев посмотрел на капитана.
–А что вам не нравится? Осваг – это осведомительное агентство при председателе Особого совещания при главкоме ВСЮР. Ведало пропагандой при Деникине. Харузин не занимал видных постов и потому в организации его никто не знает, из тех, кто ныне остался жив. Это отличная легенда.
–Но я ничего не знаю про этого господина!
–Так я дам вам подробную его биографию. Изучите по пути. А в деньгах у вас не будет недостатка. С той суммой, что лежит в этом саквояже вам можно полгода жить в Константинополе князем. Вот только задание у вас будет особенное.
–Вы знаете?
–Цель вашей заброски? Если вы выделяют такую сумму, то дело серьезное и опасное. Это совсем не простой сбор информации.
–А что?
–Устранение видного лица. Но это мое предположение и не более того. Все что нужно вам скажут там.…
Врангель получил сообщение с фронта из северной Таврии. Красные в момент, когда на Кубани начиналась ликвидация десанта, форсировали Днепр в районе Каховки и прорвались в тыл Крымской армии, стараясь отрезать её от перешейка.
–Ваша превосходительство, неприятельская конница в двадцати верстах от Мелитополя! – доложил начальник штаба генерал Шатилов. – И от Александровска ведёт наступление Вторая армия красных, чтобы соединиться с каховской группой.
Барон подошел к карте. Он несколько минут смотрел на красные линии и на флажки, которыми были отмечены передвижения воск.
–Что сообщает Кутепов?
–Его дивизии нуждаются в пополнении. Впрочем, это совсем не новость, ваше превосходительство. Такие сообщения шлют все начальники корпусов из Северной Таврии.
–Мы накануне полной катастрофы! – сказал Врангель. – Кубанская операция провалилась, а на севере наши армии под угрозой окружения. Генерал Шатилов!
–Ваше превосходительство.
–Вы остаётесь здесь вместо меня! Следите за порядком и скорейшим восстановлением эвакуированных с Тамани и Ачуева частей.
–В вы, генерал?
–Я отправляюсь в Мелитополь спасать положение северной армии.
–Но Мелитополь почти отрезан от Крыма!
–Вот я и попытаюсь не дать его отрезать совсем!
–Как прикажете ваше превосходительство!
Остров Крым, остров Крым,
Я умру молодым.
Пуля стукнет в висок медным гонгом,
Больше некуда плыть,
Ах, как хочется жить
Мне в России, а не в Гонконге.
Сотрудник новообразованного при Особом отделе ВЧК Иностранного отдела Самуил Карлович Либерзон занимался агентурой. Ему было поручено в короткий срок найти тех, кто сможет вести работу за границей.
Яков Давыдов соратник и друг Либерзона так сказал ему:
–В 1917 году во время революции были уничтожены архивы и ликвидирована царская контрразведка. Многие сотрудники разбежались, многих расстреляли. Анархисты и эсеры тогда охотно жгли архивы. И вот мы остались почти ни с чем, друг мой.
–Кто тогда думал об агентуре и архивах? Все царское старались побыстрее сломать.
–А пришла война с Польшей, и мы остались без сведений.
–Верно. Воюем вслепую. С белыми еще кое-как дело поставлено, а вот за границей совсем беда. Но поляков Тухачевский на место поставит. Дело в ином. Нам предстоит столкнуться с врагами, что засели за рубежами. И их слишком много. Что будет после того как мы победим белых? Знаешь сколько наших врагов окопалось там? А сколько еще сбежит после поражения Врангеля?
–Знаю.
–И без агентуры за границей нам не быть!
–Но все же кое-кто у нас есть, Яков Христофорович.
–Вот тебе и нужно их найти, Самуил Карлович. Особенно тех, кто имеет опыт агентурной работы. И тех, кто умеет вербовать людей во враждебном лагере. И первая среди них Губельман.
