Потому что он не замечал, что Альберт не использует и десятой части своей силы.
С одной стороны, это было правильно. Берти понимал, что пока мы встречали только слабых жаб и силы надо экономить. С другой же стороны, над нами висел незримый таймер.
Таймер жизней людей, которых мы пришли спасти. А потому, когда я указывал нужное направление, Альберт тупо пер напролом и прозевал момент, когда стало пора включать голову.
Вместо этого, мой доблестный Ратник сейчас с завидным упрямством топил десятки жабообразных тварей в их же кишках, стараясь затратить на это как можно меньше сил.
И увы, ждать пока он догадается сам, времени у нас действительно нет.
С этой мыслью я сладко потянулся и начал раздеваться.
— Что ты делаешь? — странно покосился на меня Федор, когда мимо него пролетел мой ботинок.
— Именно то, зачем мы сюда пришли, друг мой, иду спасать людей, — с улыбкой пояснил я, швырнув на землю футболку, после чего окинул наш полуостров безопасности взглядом и спросил, — к воде ближе, чем на пять метров не подходи и… присмотришь за вещами?
— Присмотрю, но…
Продолжения фразы Федора я услышать не успел, так как ровно в тот момент, когда я оказался перед «водой», меня заглотила все это время ждавшая в засаде жабообразная тварь.
Пахло тут дерьмово.
Было темно, мокро и нечем дышать. Еще и настырная желчь так и пыталась меня переварить.
В общем, не бизнес-класс. Две звезды максимум. Да и то, повысил за скорость доставки.
— Пожалуй, хватит, — ощутив характерный толчок от чего-то твердого, констатировал я, и взмахнул «Когтем Пустоты».
Матово-черное лезвие моего клинка играючи вспороло живот твари и выпустило меня наружу.
Еще до того, как я разлепил залитые желчью глаза, по ушам ударил пронзительный визг раненной твари.
Это помогло определить местоположение вспоротой жабы, и срезать ей сначала остроконечные лапы, а потом и снять с плеч шумную верещалку, которую она по ошибке считала головой.
Разобравшись со своим крикливым таксистом, я протер лицо мантией и смог разлепить глаза.
Под ногами твердая, поросшая мхом каменистая поверхность, а в двух метрах над головой, вместо небосвода, висит желеобразная зеленая субстанция.
На дно болота, в отличие от желудка твари, попадал солнечный свет. Он пробивался сквозь толщи зеленой «воды» и рассеивался о многочисленные растения, которые выглядели как поросшие мхом пеньки деревьев.
Дышалось тут не в пример хуже, чем на поверхности, а стихийный ответ колебался между 79% и 81%.
Вот теперь это походило на Портал «А+»-класса, а не тот курорт, что был наверху.
С этой мыслью мой взгляд зацепился за бронзовое сияние над головой. Оно пробивало толщу висящей небосводом «воды» и медленно опускалось вниз.
Достигло нижнего слоя, и желе с чавкающим звуком выплюнуло на дно двуручный меч.
— Вот растяпа, — осуждающе покачал я головой, и подошел к древней реликвии Рода Чугунских, лезвие которой было в несколько слоев забито жабьей кровью.
Владельца утерянного клинка долго ждать не пришлось. Гигантским сияющим пятном, он рассек желеобразный «небосвод» и с грохотом приземлился на дно болота.
Заглотить Альберта полностью ни одна жабообразная тварь так и не смогла, но совместными усилиями, три толстые твари справились.
В итоге передо мной сейчас извивался мерзкий клубок из моего верного Ратника и трех гигантских жаб, которые совокупными усилиями заглотили девяносто пять процентов его тела, включая голову и три из четырех конечностей.
Единственной частью Альберта, которая торчала и подавала признаки жизни, была его цельнометаллическая перчатка, в которую я и подопнул лежащий передо мной меч.
Ухватив его мертвой хваткой, рука начала крутить лезвие клинка, словно пропеллер, и спустя минуту кряхтений и матов, передо мной стоял мой целехонький Ратник.
Альберт устало, или вернее будет сказать зло, опирался на свой меч и окидывал ошметки жабообразных тварей настолько яростным взглядом, на который только был способен.
Несколько десятков секунд потребовалось Альберту, чтобы прийти в себя, осознать, что произошло, и посмотреть на меня.
— Мог бы и нормально сказать, что нам надо вниз, — с легкой обидой в голосе буркнул цельнометаллический здоровяк.
— Мог, — согласился я, — но разве так не веселее?
— Ага, о-о-очень весело! — фыркнул Альберт, стирая с себя кровь жаб, после чего глянул на желеобразную толщу «воды» над головой, — а Федю там без нас не сожрут?
— Не, — отмахнулся я, — на островке, где он стоит, безопасно. Дальше метра на сушу эти твари не вылезают.
— Лять, Маркус! А раньше нормально сказать не мог⁈ — покачал головой Альберт.
— Кажется, наш разговор пошел по кругу, — вздохнул я, и, глянув на время, посмотрел вверх, после чего спросил, — готов?
— Нет! — машинально ответил Альберт, после чего нахмурился и с нескрываемой подозрительностью в голосе спросил, — а… к чему?
— Любопытствуешь, значит готов, — констатировал я одну из многочисленных мудростей старика Акса и, схватив «Коготь Пустоты» за лезвие, подкинул его вверх.
Рукоять моего клинка ударилась о наш зеленый «небосвод», после чего вернулась мне в ладонь.
