Стоило догадаться, что без помощи Магистров никто бы не смог вытащить из Башни столько ресурсов и технологий.
Едва я оказался рядом с дверью, как моя стихийная печать неожиданно нагрелась и дала о себе знать. Чуть ли не впервые за все недели моего отпуска.
До этого я применил ее всего дважды.
Первый раз в день появления в проклятом лесу красной зоны, чтобы узнать о своем текущем состоянии в мельчайших подробностях. И второй раз, когда убивал Филиппа дымчатым клинком Артемиса.
В остальное же время стихийную печать мне заменял местный коммуникатор, который, по сути, выполнял ровно те же функции взаимодействия с Аргусом и информационным полем вокруг.
Только если через стихийную печать это было на уровне ощущений, то коммуникатор визуализировал данные в более удобные таблицы, графики и данные, просмотреть которые в мое время можно было только через специальное оборудование Башни.
Однако стихийная печать, помимо информационной, выполняла и множество других функций. Например, для особо сложных систем идентификации, так как стихийная печать была у каждого одаренного уникальной, а некоторые называли ее «слепком души».
За недели в этом времени я уже успел убедиться, что стихийными печатями здесь уже давным-давно не пользуются, и тем удивительнее было, что она вдруг подала знак помимо моей воли.
Хотя, учитывая место, в котором я находился, это было более чем логично.
Сопротивляться я не стал и позволил сканирующей энергии защитного конструкта двери прощупать мою стихийную печать полностью.
Минута ожидания и жгучего жжения в груди, и обволакивающее давление исчезло. Высеченный на камне герб Ордена мигнул матово-черным сиянием и дверь начала движение, плавно уходя в боковую складку в стене.
Я вошел внутрь, дверь закрылась за моей спиной, и от тяжести воздуха у меня на миг перехватило дыхание. А во второй миг я ощутил, как сила подавителя лишила меня последних крупиц стихийной энергии.
Всех, кроме тех, что принадлежали Тьме. Даже хорошо, что практически все не переработанные частицы других стихий я использовал на целебный коктейль для Горемыки, который я влил в оставленную ему бутылку воды.
В целом же, безвозвратно потерять разом пятнадцать процентов своих энергетических запасов, большинство из которых относилось к Стихии Теней, было неприятно.
Осталась лишь Тьма, подавлять которую это место даже не пыталось. И именно Тьма помогла мне устоять на ногах и поднять голову.
Помещение выглядело как внушительных размеров пещера с левитирующим по самому центру Камнем, в котором я без труда признал кусок Великого Источника. Причем кусок куда более крупный и совершенный, чем я видел до этого.
Этот экземпляр не только превышал камень Миротворца в несколько раз, но также частично сохранил свою идеальную цилиндрическую форму.
Сохранил ровно на четверть, если быть точным.
Гладкой монолитной поверхностью мог похвастаться лишь внешний край Камня, а вот внутренняя сторона была такой же грубой, угловатой и раздробленной, словно его выпотрошили на миллионы маленьких камешков.
Нижняя и верхняя часть Камня были испестрены острыми углами и закреплены массивными древними цепями, из-за чего этот исполинский кусок Великого Источника казался левитирующим узником.
Я подошел ближе и смог рассмотреть, что на «гладкой» внешней части Камня еще сохранились тысячи пересекающихся между собой линий, образующих сложный рунический узор. Узор обрывался на гранях и не источал привычное величественное сияние Великого Источника, который я не одну сотню раз наполнял собственными руками.
Линии не источали никакого света и внешне Камень действительно казался «мертвым». Это совпадало с информацией, что я нашел в архивах Миротворца. Однако «мертвым» он выглядел только внешне. На самом же деле он был не «мертвым», а «пустым».
Причем в такой режим он был введен принудительно, и он не спит, а работает.
Еще как работает!
И как я раньше не заметил, что местный подавитель по факту не подавляет агрессивную энергию… он поглощает ее!
Поглощает и передает энергию по десяти защитным контурам, подключенным к нему, подпитывая независимые барьеры резиденций.
Сложная система, по которой пробить силой ни один из отдельных барьеров не смог бы даже я.
Но забавно, что при этом, подойти к сердцу подавителя я смог без каких-либо проблем.
Полагаю, местная система защиты была просто не рассчитана на наличие одиннадцатой Стихии.
Стихии Тьмы.
Отчасти, это объясняет как одаренный Стихии Времени оказался внутри Терминала. Время сердце подавителя тоже не подавляет. Это подтвердила Мантия, которой я коснулся в качестве эксперимента, чтобы убедиться, что заключенная внутри Стихия Времени никуда из нее не делась.
Внимательно изучая Камень, я обошел его по кругу.
И пусть узоры на его гладкой части мне были знакомы, но они оборваны, а сам Камень, помимо цепей, был подсоединен к десяткам испестренным рунами стальным механизмам, из которых мне была знакома едва ли половина. И при этом ни намека на управляющую панель.
