— Я не ходила-а-а. Даже ты мне не вери-и-ишь. — Идис продолжала реветь, не только не собираясь успокаиваться, но ещё и, кажется, всё это медленно, но верно перерастало в вот-вот готовую начаться истерику.
— Давай посетим лекаря. Нужно посмотреть и обработать раны. Заодно расскажешь свою версию произошедшего.
— Не хочу! Сам обрабатывай теперь!
— Хорошо, хорошо. — Послушно согласился Майир. — Давай я это сделаю.
— Почему ты не вступился за меня? — Заорала кодунья, стукнув генерала по ноге.
— Я не занимаюсь такими мелкими вещами, как разборки проступков учеников Гарнизона.
— А их наказаниями, значит, занимаешься?
— Идис, я просто, честное слово, не хотел, чтобы тебя отхлестал Сейдар. Всем известно, что после его тяжёлой руки ученики на кроватях несколько дней лежат. — Но медведица опять не слушала.
Генерал взял лицо ведьмы в свои ладони и вытер большими пальцами катившиеся из её глаз крупные слёзы. Та всхлипнула.
— Прости меня. — Майир снова привлёк девушку к себе, гладя по растрёпанным длинным волосам. — Хочешь, я тебе печенья с кунжутом куплю, м? — Та промолчала.
— Может платье? — Снова никакой реакции.
— Духиии? — Предложил генерал.
— Духи давай! — Согласилась ведьма и попыталась улыбнуться, высморкавшись в грязный рукав.
— Извинения засчитаны?
— Ладно. — Идис приняла поданную Майиром руку, чтобы помочь ей подняться.
Генерал, после подробного рассказа колдуньи, был слегка зол, не подавая тем не менее виду. Не хватало только в Гарнизоне подобных историй. Убедившись, наконец, что его ведьма в полном порядке и напомнив, что даже наказание — не повод для пропуска занятий, поспешил в крепость в поисках Занга, который с интересом перебирал все 13 камней, оставленных ему для изучения Александром.
— Что с тобой? — Встревоженно спросил демон.
— Женщины. Пытался спасти, а остался виноватым. И вообще, мне тоскливо и больно, я хочу купить духи. — Майир, пытаясь отдышаться, постучал себя несколько раз легонько кулаком в грудь в области сердца и выдохнул.
— Духи себе хочешь купить?
— Не себе. — Раздражённо ответил тот. — Как насчёт Ярейской медовухи?
Заннаэгнеф скептически хмыкнул.
— И всё?
— Не забывай, ты в гостях, а я на службе. Это максимум. Заодно, если составишь компанию, расскажу кое-что об одной интересной особе. Каа Адлаир наверняка заинтересуется.
— Да и у меня есть к тебе несколько вопросов.
— Вот и договорились.
Заннаэгеф, собрав артефакты в потаённый карман, лениво поднялся и генералы вместе направились в город.
Идис, вернувшись в комнату, Анны там, к счастью, не обнаружила. Девушка быстро переоделась, и, бросив в сумку учебники, побежала сначала обедать. Колдунье было стыдно перед учениками, она прятала глаза и долго стояла немного поодаль от входа, как на плечо ей легла чья-то сильная рука. Ведьма затравленно обернулась, но увидела уже знакомых ей беловолосых юношей. Они ободряюще улыбались и предлагали пойти поесть, по пути сюда только что встретившись с генералом Майиром, который дал необходимые указания.
— Я боюсь. Они все смотрят на меня.
— Думаешь, особенная? Поверь, тебя не одну здесь лупят. Нашему факультету частенько перепадает и никто этому давно не удивляется.
— Больно. — Констатировала Идис, уже садясь за стол.
— Мы знаем. — Засмеялись сокурсники, в это самое время перекидываясь взглядом в направлении стоявшей поодаль как тень мрачной Анны.
Адлаир, сколько внутренне ни боролся, никак не мог справиться с собственным состоянием. Его одолевала тревога и вместе с тем апатия, нежелание существовать, находиться рядом с кем бы то ни было. Он всё чаще уединялся в той маленькой комнате в подземельях, больше не читая книги, не изучая карты. Каа спал или просто лежал не шелохнувшись, глядя в пустоту. Мрачные духи денно и нощно сопровождали его, обеспокоенные угасанием хозяина, но больше его желанием вновь напитать колодец кровью, которое он не мог воплотить.
Бесплотные изредка являли взору демона картины минувших событий: войн, предательств, счастливых мгновений. Адлаир был ко всему равнодушен. Лишь единожды лик улыбающейся Ллеи где-то глубоко внутри зажёг крохотную искорку тепла, тут же, увы, погасшую. Каменная маска отчуждения плотно, казалось бы, приросла к правителю. При этом всём мужчина оставался с абсолютно ясным сознанием.
Ещё был свет, мешающий передвигаться, сбивающий с ног и меняющий пространство. Элиан с удивлением обнаружил, что брат иногда теряется при виде одновременно нескольких совершенно знакомых коридоров или идёт касаясь рукой стены, почти наощупь.
В один из дней, советник застал Каа сидящим на полу залы. Его длинные волосы спрятали лицо, а руки были сложены на коленях. Он снова спал. Пришлось потратить немало времени и сил, чтобы хоть ненадолго привести того в чувство.
— Из Сэххиша от Заннаэгнефа есть хорошие новости. — Произнёс Элиан и передал брату долгожданное письмо. Тот, открыв конверт, увидел пляшущие на пожелтевшей бумаге буквы, так и не собирающиеся складываться в слова.
— Что там?
