Рабство продолжалось.
Садовники, горничные, солдаты, прачки, убийцы, разведчики, каратели — кем только ни были для Волота гордые потомки Дождя Бонце. Хозяин менял тело за телом, продолжал требовать голову и обещать свободу, а они всё служили ему.
И вот однажды, в конце последней весны, Зигбо навещал могилу Дождя и его старшей дочери Макены — той самой Макены, которую ещё сто лет назад ослепили и заживо похоронили под Лебединым камнем у Умбозера.
В тот день было холодно, и Зигбо разжёг костёр, чтобы согреться.
И тут вдруг кое-что заметил.
Дым от костра завертелся спиралью точно так же, как дым от лампы хоа!
Зигбо сразу вспомнил, как зловещая лампа с носорогом переходила из рук в руки в его роду, как бабушка Шаде зажигала её, сидя в кресле, и как горели носорожьи глаза, а дым закручивался спиралью и всегда тянулся в одну и ту же сторону.
На Северо-Запад.
А ведь порой этот дым шёл даже против ветра, нарушая все природные законы. Только этого никто не заметил, даже бабушка Шаде.
Тогда-то Зигбо и понял, что Дождь не просто так завещал передать свою лампу первому сидарху, который родится в роду Бринеров после Гедеона.
Это была не только лампа!
Это был указатель, как стрелка компаса!
Точно!..
Зигбо аж вскочил у костра и запрыгал от радости, повторяя ритуальный танец юношей из народа нгаби. Вскидывал руки к небу и отплясывал, перескакивая с ноги на ногу, будто забыл, что вообще-то он — современный школьник из Петербурга, а не раскрашенный охрой дикарь с рыбьей костью в носу.
Успокоившись, он стал думать, как провернуть дело.
Естественно, что передавать лампу он никому не собирался, хоть в роду Бринеров и появился сидарх по имени Алексей, про которого уже не раз говорили по телевизору. Появился он неожиданно и как-то странно.
Да и пёс с ним.
Зигбо собирался выкрасть лампу у бабушки Шаде и отправиться по направлению дыма сам. Так что не прошло и недели, как он сделал это. Стащил лампу прямо из кармана уснувшей в кресле бабушки, а потом сбежал из дома, прихватив только рюкзак.
По дороге он часто зажигал лампу, и как только глаза носорога загорались, а дым от благовоний начинал закручиваться в спираль, Зигбо следовал за ним, методично и упорно.
День за днём.
Неделя за неделей.
Через месяц дым привёл его… к могиле Макены и Дождя. К той самой могиле, которую сто лет назад слуги Волота уже перерыли вдоль и поперек, выискивая голову!
Что за чертовщина?..
Зигбо в тот момент был ошарашен как никогда. Стоял и смотрел на Лебединый камень, не зная, что делать дальше.
Рыть могилу снова?
Но ведь там похоронены предки. Нельзя их беспокоить, иначе будет беда.
Так Зигбо и стоял там до самой ночи, никак не решаясь действовать, пока наконец не додумался снова зажечь лампу с носорогом.
Когда дым завертелся спиралью и потянулся к могильному камню, Зигбо приник к нему, зачем-то принюхался и прислушался, потом закрыл глаза и попытался ощутить что-нибудь магическое.
Хоть Дождь Бонце и не был магом, зато сам Гедеон Бринер им был. Причем, таким магом, каких ещё не видел мир.
Зигбо напряг все свои силы Пути Психо, какие в нём имелись. Так он и стоял, прислушиваясь и напрягаясь всю ночь, как дурной.
Утром пошёл дождь.
Зигбо промок до нитки, но не отступил. Он перекусил шоколадным батончиком «Чудо» прямо под дождём, а потом… эх… потом он решился на осквернение могилы собственных предков.
Зигбо решил расколоть Лебединый камень.
Раскрошить его в дребезги.
Для этого ему не нужен был ни молот, ни другой инструмент. Он всё-таки был магом Пути Психо, пусть даже паршивым бревном в воде, который никогда не станет крокодилом. Однако и он кое-что умел.
Его любимым навыком был Импульс Тяжести Тиада.
Серьёзный стандарт из арсенала менталиста выше третьего ранга. А какой-никакой, но третий ранг у Зигбо уже имелся даже в пятнадцать лет. Не зря ведь его бабушка Шаде была искусным магом Пути Психо. Кое-что и внукам от неё перепало.
Зигбо накинул мокрый капюшон кофты на голову, опустился на колени перед Лебединым камнем и низко склонился к земле.
— Пусть предки простят меня, — прошептал он, вдыхая аромат прелой влаги. — Я делаю это лишь для того, чтобы вернуть в наш род уважение и свободу.
Поднявшись, он принял позу силы: отставил ногу назад, скользнув подошвой кроссовка по мокрой траве, затем пригнулся и будто приготовился к старту на беговой дорожке.
Руки очертили полукруг над головой, соприкоснулись пальцами у живота и снова разъединились. Опять сделали полукруг и соприкоснулись.
Мысли стали вязкими и тихими. Голова будто опустела и зазвенела внутри от лёгкости. Так маги Пути Психо чистили дорогу для атаки и высвобождения резерва.
Он прикрыл глаза.
Через опустевшую голову потекли потоки энергии, вверх-вниз и снова вверх-вниз, а потом опустились к ладоням у живота.
Через пальцы пронеслись разряды Импульса Тяжести.
Ну а потом Зигбо резко открыл глаза и оттолкнул воздух ладонями от живота — точно на Лебединый камень. Вспышка получилась короткой, небольшая и плотная лавина Импульса Тяжести мелькнула к цели и через мгновение уже обрушилась на неё.
