— Отпустите! Сейчас же! — выкрикнула она и попыталась вырваться, но я лишь крепче прижал её к себе.
— Пойдёмте обратно, вы замёрзнете.
— Ненавижу вас… — выдохнула она.
В её руке блеснула та самая брошь, которую она до сих пор держала в кулаке. Оказывается, у этой броши имелась длинная булавка со специально заточенным остриём.
Алла не придумала ничего умнее, как приставить это остриё к моей шее, ну а потом повторила зловещим шёпотом:
— Отпустите меня. Сейчас же.
Я медленно обхватил ладонью её холодные пальцы, держащие брошь.
— Убить меня хотите?.. В этом тоже нет смысла, поверьте. Лучше отдайте эту штуковину.
Мне не хотелось забирать брошь силой, но не стоило оставлять подобное оружие в руках мага Пути Ама. Даже с маленькой булавкой она могла сделать паршиво не только мне, но и себе.
Алла не стала больше вырываться.
Она перевела дыхание и посмотрела мне в глаза.
— А что же мне тогда делать? Что мне делать?..
Я взял её руку с брошью в свои ладони, чтобы согреть, и ответил:
— Просто живите дальше. У вас есть всё, чтобы создать для себя прекрасное будущее.
— Но как же вы?
Я погладил руку девушки пальцами, ощущая, как согревается её кожа, и ответил:
— Я добровольно лишаю себя будущего, чтобы оно было у вас.
О своих откровенных словах мне пришлось сразу же пожалеть. Надо было просто держать это при себе.
Из моей фразы Алла сделала свои выводы.
Она прильнула ко мне и прошептала:
— Вы рискуете жизнью ради всех нас и нашего будущего. Значит, кто-то должен рискнуть жизнью ради вашего будущего. Пусть это буду я.
Она отпрянула от меня и сделала пару шагов назад. Под её туфлями опять захрустел снег.
— Алла, думаю, это лишнее, — начал я, предчувствуя неладное.
Девушка меня уже не слушала. Она быстро ткнула брошью в свой собственный палец, и на месте ранки тут же выступила капля крови.
— Вот. — Алла протянула мне руку. — Это вам.
— Не понял, — нахмурился я. — Что вы делаете?
Она подошла ближе.
— Это большой секрет. О нём вам не расскажет ни один маг крови, потому что это огромный риск. Я жертвую вам каплю своей крови и создаю для вас Заклятие Исцеления. В критический момент оно сработает само. Правда, только один раз. Оно излечит вас от любых ран, где бы вы ни находились. Все сильные маги крови это умеют, они ведь в первую очередь великие лекари, а уже потом великие убийцы.
Капля крови скользнула с её пальца к моим ногам. В ту же секунду меня окатило снизу розовым облаком. Оно исчезло в морозном воздухе, оставив после себя только запах свежести.
Девушка улыбнулась и снова приколола брошь к воротнику своей блузки.
— Ну вот и всё…
— Алла, — перебил я, — вы мне так и не сказали, в чём риск для мага крови.
Она перевела дыхание, перестав улыбаться.
— Это сущий пустяк. Не волнуйтесь. Просто когда Заклятие Исцеления сработает, то в этот момент я сама останусь без защиты. Все мои силы будут направлены на ваше исцеление.
Я взялся за лоб.
— Чёрт возьми… Алла… я отказываюсь это принимать.
Она снова улыбнулась и взяла меня за руку.
— Вы не сможете отказаться от Заклятия Исцеления, потому что уже забрали мою кровь.
— Я об этом не просил!
— Не злитесь. Всё это неважно. — Алла погладила пальцами мою ладонь. — Отныне капля моей крови будет вас защищать, и я очень счастлива. Только прошу вас, никому об этом не говорите.
Я скрипнул зубами.
Молодец, Бринер. Сегодня ты не только отверг девушку, но ещё и забрал её силы на своё автоматическое исцеление, сам того не желая.
Уходя от моего тяжёлого взгляда, Алла отвернулась и потянула меня в сторону ресторана. Её светлые волосы, усыпанные хлопьями снега, колыхнул ветер, а её тёплая ладонь крепче стиснула мою руку.
— Нам действительно лучше вернуться. Иначе нас завалит снегом!
— Только обещайте мне, что больше не свяжетесь с Корнеем Жаровым, — попросил я уже на крыльце ресторана.
— А это уже не ваше дело! — засмеялась она, но потом резко обернулась, перестав смеяться, и ответила уже серьёзно: — Хорошо, обещаю. Но тогда и вы пообещайте мне, что побережёте себя. Будущее без вас будет совершенно не таким, каким должно быть.
Я улыбнулся. Знала бы она, что попала в точку.
— Хорошо.
Обещание «поберечь себя», уж точно, ни к чему меня не обязывало, зато заметно успокоило Аллу.
Весь оставшийся вечер я не выпускал её из виду, а заодно думал о том, что между нами произошло. Вынужденная сцена с Аллой Гауз на улице натолкнула меня на одну занятную мысль, о которой надо было ещё хорошенько поразмыслить.
Последующие недели мне было уже не до вечеринок.
Теперь у меня стояла сложнейшая задача — получить доступ к червоточинам в других странах. Тут без дипломатов и политиков точно было не обойтись.
Пока я ждал, когда они договорятся, то успел пару раз навестить Эсфирь и Феофана в «Золотом Гнезде».
Причём, навестить по отдельности.
Проучившись несколько месяцев в одном учебном заведении, они так и не смогли встретиться. Каждый раз, когда они пытались это сделать, случалось всё, что угодно, кроме встречи: от потопов на этаже до случайных взрывов в кабинетах, обмороков и даже болезней.
