Мэдлор обернулся к Тазару. Командир молча кивнул в знак одобрения. Внутренне Беспощадный надеялся, что в этот раз Алоиз прихлопнет надоедливого колдуна, и никуда его везти и высаживать не придется.
- Один момент, - облитератор поднял лапищу, - я хочу предложить пари-и.
- Какое? – внешне Тазар был холоден и спокоен, но внутри занервничал.
- Если твой колдун проиграет, ты отдашь девчо-онку. Беспла-атно.
- Ксарта не вещь, и она не продается, - отрезал Тазар.
Гракс указал на пустое место за столом.
- Тогда механическую девчо-онку, в белом, - он приподнялся и покрутил головой, - тут же была-а, где она?
- Велма тоже не продается. Если Карнольф убьет Мэдлора, пусть забирает все его магическое имущество. А работников моих не трогай, - Тазар был серьезен как никогда.
- Я настаиваю: отдай девчонку, если Мэдлор проиграет. Найдешь себе мужика на ее место.
Гракс продолжал нести что-то о порожденной привязанностью слабости, и своем личном неуважении к Тазару по этому поводу. Внезапно мир перед глазами Беспощадного стал черно-белым и потерял четкие очертания. Он увидел лежащего на полу Мэдлора, в оплавленной броне и с обгоревшим до костей лицом. Расстрелянных капитанов, Гвилара и Векса, взорванный орган с рассыпанными вокруг клавишами. Себя самого в своем нелепом костяном наряде, с оторванными ногами и простреленной грудью, умирающего где-то в углу. Увидел Гракса, покидающего большой зал и волокущего за собой Велму, и разорителей, вдвоем несущих выключенного Андроидаса. И кучку пепла, оставшуюся от Ксарты.
- С каких это пор тебе жалко же-енщин? Твой отец не поощрял людские сантименты, – вздохнул Гракс.
- Ни с каких, - пару раз моргнув, Тазар прогнал наваждение, - забирай обеих, если Мэдлор проиграет. Пари так пари. Я сегодня добрый и щедрый.
В какой-то момент он подумал, что поступает неправильно. Мэдлор был слабее Карнольфа, и шансов победить волшебника Тзинча у него было мало. А переступить через себя и свои желания в угоду памяти об «отце», и просто так отдать Ксарту из-за проигрыша этого двинутого торчка – Тазар бы этого не вынес и застрелился. Но исправлять что-то было уже поздно.
Перехватив мысли господина, Ксарта невольно вздрогнула. Надо было срочно что-то сделать.
- А если проиграет Карнольф? – с нахальным видом спросила она, - Что мы будем иметь, если проиграет твой колдун?
Гракс задумался.
- У меня есть, что вам вручи-ить, - низко прогудел он, - дорогая шту-ука. Красивая, но бесполе-езная. Продадите людям, получите много де-енег.
- Покажи, - потребовала Ксарта, - ты видишь свой выигрыш, а мы – нет. Не очень честно, правда?
- Парни принесу-ут, - заверил облитератор, - слово чести. Тазар знает, мое слово надежно.
- Помирать в тишине – это так грустно. Не говоря о том, что дуэль под музыку всегда интереснее смотреть. Мэдлор, тебя порадует, если Гвилар тебе сыграет? – предложила Ксарта.
«Сыграй на органе», - мысленно сказала она бывшему Храмовнику, - «нам нужно, чтобы он победил. Пожалуйста. Пока эти у нас на борту, мы с ним в одной лодке».
- Я давно не играл, но я попробую, - не колеблясь ни секунды, Гвилар перевесил болтер за спину и прошел к органу, - если позволите.
- О, я буду счастлив, если твой друг просто не развалит мой любимый инструмент, - Мэдлор был уже не рад тому, что его вообще выпустили из храма, - а если он сможет сыграть хоть что-то сложнее орочьих частушек, моему восторгу не будет предела.
Гвилар устроился за органом, сбросил перчатки и пробежался пальцами по клавишам. Инструмент был настроен, и на удивление в хорошем состоянии. Крупные клавиши были переделаны под пальцы космодесантника, и казались теплыми. Мэдлор вытащил из поясного кошелька небольшую пробирку розового порошка. Откупорив сосуд, он зачерпнул порошок алмазным когтем своей перчатки.
«Доза», - подумала Ксарта, уже ощущая сладковатый запах амброзии, - «это повысит его шансы на победу, но этого мало».
- Запрокинь голову и сиди смирно, милая, - попросил Мэдлор, и Ксарта замерла в обозначенной позе.
Он опустил горку вещества ей в яремную ямку, после чего уткнулся лицом в шею демонхоста и с наслаждением вдохнул. Чем вызвал негодование и зубовный скрежет у Тазара и короткий презрительный смешок у Карнольфа.
- А без веществ слабо? – спросил последний.
Мэдлор смахнул остатки амброзии с лица салфеткой:
- Тебя же не просят сдать твой ворох артефактов, правда, Алоиз?
Волшебники вышли на свободное место между столом и стоящим в торце зала органом. Гвилар оглянулся, боясь, что по нему прилетит шальное заклинание, и поднял ментальный щит. Мэдлор встал боком к Алоизу в стойку, по мнению большинства присутствующих, малопригодную для фехтования: ноги прямые, пятки вместе, запястье правой руки согнуто на излом, клинок опущен в ноги противника, левая рука заложена за спину. Побеждай – не хочу. Алоиз же поставил ноги широко и перехватил посох двумя руками, закрыв себя им по диагонали. Над правым плечом волшебника возвышался розовый кристалл, левое колено закрывала острая заершенная пика.
