– Угу. Ваша девушка Марина дважды подала неоговоренный знак. Я сделал скрины, – Андрей развернул ноутбук и открыл изображение, на котором Марина будто смотрела на наручные часы. На следующем скрине она, глядя прямиком в камеру, держала указательный палец на «циферблате».
– Хм, – призадумалась Люсинда.
– Она словно хотела привлечь внимание ко времени. На всякий случай я записал: семь ноль два и восемь сорок четыре.
– Дело не во времени, – возразила Люсинда. Арсений тоже все понял и сразу набрал номер начальника.
Тот ответил сразу. Фоном раздавался шум, будто Макс находился в дороге.
– Есть новости? – нетерпеливо спросил он.
Арсений включил громкую связь, прислонил телефон к ноутбуку и рассказал о поездке, не забыв под одобрительным взглядом Люсинды признаться в своем провале. Макс никак не прокомментировал прокол, но ответом врача заинтересовался.
– У нас намечается встреча с Марком, спрошу, откуда он взял историю про найденное в поле тело. Поищите, что могло раньше находиться на месте туристической базы. Мы с Герой тоже этим займемся. Ищите всякие легенды, истории. Может, это место было сакральным? Не обязательно там должно быть поселение.
Люсинда громко угукнула, соглашаясь.
– От Марины есть новости?
– Есть, – вздохнул Арсений. – Она ходит с распущенными волосами, хоть и убранными под ленту. Но дважды останавливалась перед камерами и указывала на наручные часы. Часы, Макс. Понимаешь?
– Так… – пробормотал он уже другим тоном – встревоженным, лишенным начальственных ноток. – Черт. Ее проклятый дар, да? Она снова увидела, что кто-то умрет.
Люсинда, услышав последнюю фразу Макса, и бровью не поняла, Андрей же встрепенулся, поочередно перевел взгляд с одного коллеги на другого.
– Похоже на то. Но Марина при этом покачала головой, значит, не знает кто.
– Только этого нам не хватало… Ладно, следите за камерами, если что, сразу езжайте за ней. Остаемся на связи.
Арсений отключил вызов. По тому, как поднял брови Андрей, он понял, что тот отпустит неприятный комментарий – насчет предсказания Марины или про команду чудиков. Но Андрей с самым невозмутимым видом уткнулся в ноутбук. И Арсений вдруг почувствовал к новому сотруднику уважение.
В офисе Макс застал неожиданную картину. Лишь глянув на расстановку сил и позиции, он сразу определился, на чьей стороне его симпатии. Но многое в создавшейся ситуации его удивило.
Пунцовая от неловкости Наташа неуверенно топталась возле входа за стойку ресепшн и бросала короткие взгляды то на занявшую ее кресло Елену Васильевну, то на перевязанную ленточкой коробку конфет на столе. Напротив стойки подпирал стену Марк Гвоздовский. Смущенным, в отличие от Наташи, он не выглядел, напротив, улыбался так, будто его что-то забавляло. Макс заподозрил, что забавляла Гвоздовского вовсе не Наташа, для которой, видимо, и предназначались конфеты, а бухгалтер.
Впрочем, Елена Васильевна тоже выглядела… необычно. Раскрасневшаяся и чуть растрепанная, она громко постукивала по столу кончиком указательного пальца, будто пыталась пробить столешницу насквозь, и воинственно сверкала глазами из-за огромных очков. Сама того не зная, она выглядела неожиданно хорошенькой: прорвавшиеся эмоции снесли тщательно удерживаемую плотину учительской строгости, и за напускной маской холодности показалась вполне себе симпатичная молодая женщина.
– Вы не понимаете, Марк, насколько эти романы те-ра-пев-ти-чески-е!
Каждый слог Елена Васильевна твердо отстучала пальцем по столу.
– Да, я не стыжусь того, что читаю этот жанр, о котором вы имели неумность так пренебрежительно отозваться!
Макс ухмыльнулся, услышав от академической Елены Васильевны словечко «неумность». Создавалось впечатление, что бухгалтер хотела употребить другое – правильное и куда жестче характеризующее умственные способности собеседника, но в последний момент удержалась и на ходу придумала замену.
– Вы не представляете, как за день можно устать от цифр, таблиц, схем и графиков!
– Отчего же, представляю…
Марк с легкой ухмылкой покосился на остановившихся у дверей Макса с Герой, кивнул в знак приветствия и снова обратил внимание на Елену Васильевну. Но при этом, будто невзначай, скользнул взглядом по опустившей глаза Наташе. Конфеты, «гляделки»… Максу это не понравилось.
– А если представляете, то зачем затеяли спор?
– Я затеял? – искренне удивился Марк и выпрямился.
– Да, вы! Представьте себе, не одна я разгружаюсь после работы чтением сентиментальных романов! Многие мои коллеги любят простые, но такие эмоциональные сюжеты! Ой… Максим Дмитриевич! Вы мне и нужны.
Бухгалтер наконец-то заметила пришедших и торопливо пригладила растрепавшуюся прическу, которую, видимо, в запале машинально «причесала» пятерней.
– А мы тут… о литературе разговариваем, – сказала она отчего-то извиняющимся тоном.
– О литературе… – хмыкнул Макс и покосился на коробку конфет, которую Наташа поспешно схватила.
