Он несказанно удивился: новый статус Кристиана совершенно не наложил на него новых привычек.
Тот моментально поднял трубку:
— Ты за рулём? Отлично! Подруливай через полчаса к ближайшей бензоколонке, что напротив торгового центра. Ключи в замке не оставляй. Виски для тебя у меня всегда найдётся, но если захочешь чего-нибудь другого — на твоё усмотрение!
Андерс последовал его указаниям и остановился на заправке.
Заполнив полный бак, он пошёл расплатиться и купил пачку сигарет и бутылку «Мартини».
Вся эта процедура заняла не более пяти минут, но когда он вышел, его машины там не было.
Вместо неё стоял бронированный джип «Hummer» с правительственными номерами.
Его дверь гостеприимно открылась:
— Инспектор Андерс Петерсен? — спросил лейтенант в форме «спецназа».
— Да, это я! — озадаченно пробормотал Андерс, перебирая связку ключей. — А где мой автомобиль?
Лейтенант широко улыбнулся:
— Он направляется туда же, куда вы собрались: к дому полковника Кристиана Олафа. Поверьте: у нас вам будет намного удобней.
И добавил, уже убрав улыбку:
— И немного безопасней!
Андерс был ошарашен: а не похищение ли это?
Но тут же позвонил Кристиан:
— Ты, случайно, там не обосрался? Не дрейфь, это мои люди!
И Андерс услышал ехидный смешок: Кристиан всегда был не только очень умным, но и весёлым человеком.
И он залез в этот броневик.
— «Пиво, ликёр, сигару?» — спросил лейтенант, как только они выехали за город.
— Вы поклонник Бельмондо? — уже равнодушно ответил Андерс. — Я не частный детектив, а нахожусь при исполнении!
Но лейтенант не растерялся: Кристиан и кадры выбирал себе под стать!
— Грешен: люблю старые фильмы. Но ваши полномочия закончились минут сорок назад, а лишняя предосторожность никогда не помешает.
Затемнённые стёкла не позволяли определить точное место, куда они направлялись, но примерно через полчаса они остановились.
Лейтенант открыл дверь:
— Добро пожаловать в логово «одинокого волка»!
Кристиан Олаф, уже в звании полковника, встретил его на пороге с распростёртыми объятиями.
— И для чего надо было организовывать этот спектакль? — недоумевал Андерс. — Я и сам бы мог сюда доехать. Или ты хотел продемонстрировать свой карьерный взлёт?
— Совсем нет! — спокойно ответил Кристиан. — Поверь: если бы я захотел это сделать, за тобой прилетел бы вертолёт. А если бы решил просто пошутить, прислал бы за тобой гужевую повозку с возом сена и бочонком пива. Но тебя сопровождали бы две полицейские машины: в дороге всякое случается!
— Да кто я такой, чтобы заслужить такое внимание? Я — рядовой сотрудник полиции, который расследует «бытовуху». Желающих пырнуть меня «пером» великое множество, но для этого я ношу с собой пистолет. И пока что ни один из них не попробовал показать мне дорогу в сторону рая.
— Или ада! — саркастически сказал Кристиан. — Всё когда-то бывает в первый раз. Проходи, стол накрыт!
Они выпили по маленькому стаканчику «Мартини».
Кристиан выдохнул:
— Излагай свои вопросы, «Мегрэ»!
— Ты догадываешься, по какому поводу я сюда приехал?
— Хреновый из тебя конспиратор. Ты всё продолжаешь раскапывать эту историю, и об этом знает даже мой шофёр. Мне непонятно твоё упорство: дело официально закрыто. Убийца двух педофилов «вдарился в бега» и где-то блуждал более полугода. Потом он напился и упал в озеро, где захлебнулся, а его «третья цель» благополучно «почила в бозе» в результате несчастного случая. Нельзя доверять слабовидящим даже велосипеда! «Следствие закончено, забудьте!»
Андерс раздражённо ответил:
— Ты-то хоть сам веришь во всю эту чушь?
Кристиан, опрокинув стопочку, небрежно ответил:
— Разумеется, нет! Но зачем бередить прошлое и беспокоить покойников? Кому от этого станет лучше? Инге? В соответствии с «программой защиты свидетелей», сейчас она находится в частной психиатрической клинике в Швейцарии, за счёт нашего государства. У неё теперь новые имя и фамилия, её пичкают различными препаратами, и над нею колдуют гипнотизёры. Ей медленно, но уверенно стирают память. Теперь она не то, что этого «Седого», а своих бабушку с дедушкой опознать не сможет. Официальное обоснование: «чтобы сгладить все потрясения», а фактически — чтобы окончательно закрыть это дело.
Андерс грязно выругался:
– Вот дедушку своего она точно не узнает: его похоронили неделю назад!
Кристиан, налив ещё по стаканчику, кивнул:
— Я в курсе, иначе что я за аналитик! Я не хочу вмешиваться сюда по другой причине. Нынешняя должность даёт мне возможность вычислять и прижимать к ногтю персоны более зловещие, чем эти «любители свеженького». Инга жива, она в Альпах, на свежем воздухе, и никакого нового «Седого» к ней там не допустят. А у меня сейчас «на кону» торговля почками. Что для подобных малолеток лучше: быть обрызганной семенной жидкостью какого-то толстого дядьки или быть расчленённой на здоровые нежные органы?
— Теперь понимаю. Но неужели такое ещё случается?
— Случается! И это дело правители одной небольшой страны даже «на конвейер» поставили. И все наши границы весьма прозрачны, а кое-что идёт через нашу территорию.
Тут ему позвонили.
Выслушав доклад, он насмешливо сказал:
