Ллотр не отвлекаясь от избиения сестры, просто пнул ребенка подальше от себя. Тэйя пролетела пару метров и приземлившись на спину, начала реветь. Сначала тихо, затем всё громче.
- Заткнись! Закрой свой поганый мелкий рот! А ты... Отвечай! Что? Ты? Сделала?
- Сейчас увидишь. - сказала Ишчель и сплюнула кровью на пол.
Тэйя резко замолчала, а в тишине нарастал непонятный хлопающий шум.
- Что это? Что это, блядь, такое?!
Ллотр в растерянности отпустил Ишчель, и та, прислонившись спиной к стене, мягко сползла на пол. Он крутил головой и отчаянно вглядывался в открытую дверь. Шум нарастал. Ллотр достал из сумки два огромных ножа и сбросил её на пол.
Вороны ворвались стремительной и единой стаей. Они метили в глаза и лицо, яростно клевали и вонзали когти в человеческую плоть. Ллотр в бешенстве отбивался он них обеими руками. Из-за плотного вихря птиц тяжело было понять, что происходит. Во все стороны летели перья, кровь и куски мяса. И всё это сопровождалось отборной громкой бранью.
Тэйя, словно парализованная, несколько секунд лежала тихо, боясь будто птицы набросятся и на неё. Только прислушавшись к ним, она начала разбирать обрывки их мыслей.
"Белый человек..."
"Глаза, глаза, глаза..."
"Он должен быть съеден..."
Разум их был затуманен - ярость заглушала всё прочее.
Тэйя бросилась к матери, надеясь, что сейчас они убегут, спрячутся от этого страшного человека и от птиц, которые его терзают.
Только сил встать у Ишчель не было. Она даже не сразу поняла, что девочка пытается докричаться до неё. Пытаясь достучаться до сознания животных, и заместить его, Ишчель рассеивала всю свою силу. Медленно, словно в тумане, она повернула голову к девочке и прохрипела: "спрячься". Из просторной гостиной, где сейчас происходило нечто, выходящее за рамки их обыденной жизни, дверь вела в кухню с массивной деревянной мебелью. Туум закрыла за собой дверь на замок, и спряталась в маленьком шкафчике под мойкой. Она закрыла руками глаза и думала только о том, что не хочет, чтобы человек нашел её и сделал ей так же больно, как маме. Её окружила темнота, и до неё доносились только приглушенные крики из другой комнаты.
Проклятые птицы изорвали ему всё лицо. Когда он порубит этих летучих бестий, он задаст сестренке хорошую трёпку. Око за око, сестричка! И её красивое личико непременно обезобразят полосы шрамов. Из-за беспрерывно мельтешащей воронки пернатых, он не мог их сосчитать даже примерно. Однако Ллотр продолжал рубить их одну за одной.
Когда весь пол был в крови и перьях, он с обезображенным и окровавленным лицом, раскидывая безжизненные тушки ногой, подошел к сестре и вогнал нож прямо под ребра. Но, так, чтобы не повредить сердце и артерии. Просто, чтобы ей было больно. Ишчель тихо охнула и схватилась за нож. На белом платье расцветало алое пятно. Ллотр улыбался безумной улыбкой.
- Нравится мой нож, сестричка? Им я убил всех наших братьев. И тебя тоже убью. Но, не сейчас. Чуть позже. Когда наиграюсь с тобой. Знаешь, ведь у меня с той поры, как мы расстались, не было других женщин. Так что, я остался верен тебе, в каком-то смысле.
- Ллотр, ты же не такой... - Ишчель плакала. - Когда-то ты был добрым и...
- Того добренького бога больше нет! Ты не представляешь, как честно быть самим собой. Настоящим. Ты не притворяешься, не лжешь самому себе, ты - свободен!
- Ты не бог. Ты - дьявол.
- Может быть. Только это уже не важно. Важно то, что Игра уже подходит к концу, и белые фигуры в ней стремительно умирают. А теперь - потерпи ещё немножко.
Ллотр медленно ввел второй нож ей в живот. В этот раз Ишчель закричала. Внутри всё нестерпимо жгло.
- А вот теперь представь себе, что чувствовали тогда твои братья, когда ты отказалась помочь им. Ты струсила. Ты не нашла в себе сил противостоять мне вместе с ними. Вчетвером у Вас ещё был шанс победить меня. Но, ты всё испортила и подвела их. Они погибли из-за тебя...
- Нет! Прекрати! - Лицо Ишчель перекосила гримаса страдания. Она разревелась, словно маленькая девочка. От обиды, от отчаяния. Хотя и понимала, что в словах безумца есть правда.
- Ты ведь знаешь, что это так. И теперь ты трясешься над девчонкой, пытаясь загладить свою вину. Пытаясь хоть как-то исправить то, что натворила. Только смысла в этом - ноль. А сейчас, я с позволения, хочу продемонстрировать остальные свои ножи. Мне очень не терпится похвастаться ими перед тобой. С "Медведем" и "Вепрем" ты уже знакома, так ведь?
Ллотр сходил за своей сумкой, и присел напротив Ишчель. Положил сумку между ними. Не отрывая взгляд от лица сестры, запустил руку внутрь и извлек первый попавшийся нож.
- Тадам! Смотрите-ка, кто у нас здесь?! Это "куница". Куница, пожалуйста, поздоровайся с сестричкой.
Ллотр аккуратно провел лезвием по щеке и на ней выступили две капли крови. Он поцеловал сестру прямо в порез, слизнув капли.
- Сейчас я поцелую, и всё пройдёт... - Сказал он и засмеялся. - Ну, а теперь давай мы немного подправим тебе личико...
Ишчель затихла и закрыла глаза.
