Неожиданно рядом с ним прилёг ещё кто‑то. Греф открыл глаза. Язима лежала на такой же шкуре и смотрела на него.
— Зачем ты делаешь это? Зачем тебе эта месть? Ведь ты мстишь?
Греф сначала даже не сообразил, о чём его спрашивают. Но спустя несколько мгновений сообразил, что речь идёт о предстоящем сражении с Крылатыми Убийцами.
— Да.
Женщина продолжала глядеть на него так пристально, словно хотела проникнуть в его мысли.
— Они ведь убили моих соплеменников. Твои живы. Зачем тебе эта месть?
— Они убить людей. Люди не должен прятаться. Они должны жить.
— Люди?
— Мы все — люди. Они — не люди.
— А ты тоже человек? Ты даже разговариваешь плохо.
— Да, — ответил Греф, — Я — человек. Я не убивать детей. Я не убивать людей… Не убивать, когда нечего делать. Они убивать. Они должен умирать.
Женщина помолчала немного, не отрывая от него взгляда.
— Я слышала о тебе. Воины говорили, что шаман Гургаш погиб во время обряда. Тогда погибли ещё воины, и были раненные. А пленный бежал. Превратился в зверя со светлым мехом и бежал. Все ждали, что зверь начнёт убивать наших людей, но этого не случилось. Это ведь был ты?
Врать что либо смысла не было.
— Я.
Такого поворота событий Греф не ожидал. Если ещё найдутся умные головы, которые свяжут воедино неудавшийся ритуал с вторжением хиддим, во время которого всё тот же белый зверь опять засветился, то договориться будет ну очень непросто. И так вся надежда на спасенную от остроухих женщину, но в этом случае и она вряд ли поможет.
А Язима словно читала его мысли.
— Тебе будет нелегко говорить с моими соплеменниками. Но я буду говорить с тобой. Убийца моего сына мёртв, и это твоя заслуга. Но другие: муж, мать, родственники и соплеменники — они ещё не отомщены. Так не должно быть. Ты знаешь, как убить остальных Крылатых Убийц?
— Я думать. Они умирать. Я обещать.
— Я буду говорить со своими соплеменниками за тебя. Только скажи мне, что можно рассказать, а что нет.
— Говорить всё. Только не надо обо мне. О том, что я есть Белый Зверь не надо говорить. Опасно.
— Я понимаю. Но потом они всё равно поймут.
— Потом — можно. Сейчас не надо говорить.
— Я поняла.
Язима отвернулась и укрылась шкурой, давая понять, что разговор окончен. Греф опять закрыл глаза.
Они выступили в путь, когда сумерки уже начали опускаться на эти необъятные лесные пространства. В очередной раз Грефу предстояла роль проводника и охранника в ночном лесу. Но, учитывая все обстоятельства, передвигаться в тёмное время суток для людей стало безопасней. Особенно, если делать это в компании оборотня. Так что никто из участников похода особо не волновался, в отличие от провожающих Тагона и Бугру родственников. Те хоть и старались скрывать обуревающие их чувства, но получалось это не очень. Хорошо, что хоть жёны не голосили.
Самого Грефа гораздо больше волновал не так сам ночной поход, как его результат. Вернее даже не результат, а его конечная цель, поскольку в способности Язимы договориться со своими соплеменниками он почему‑то перестал сомневаться. Правда, ему и самому было совершенно непонятно, откуда после отдыха у него появилась столь твердая уверенность. Но вот в отношении монстров, повиновавшихся только шаманам Волков, ничего подобного не наблюдалось. А устраивать с ними очередную схватку ему совершенно не хотелось по двум причинам. Во–первых, исходя из имеющегося опыта, он не был уверен, что сможет защитить своих спутников, а во–вторых, в предстоящем сражении с общим противником эти порождения магии шаманов будут очень кстати. И чем больше их смогут собрать Волки — тем больше шансов на успех. Тогда зачем уничтожать столь ценное оружие.
Был ещё один момент, из‑за которого Грефу хотелось избежать такого варианта развития событий. Он очень не хотел раньше времени проявлять свою истинную сущность. Конечно, от шаманов Волков долго эту тайну скрывать не удастся, но очень хотелось, чтобы раскрылась она уже тогда, когда будет принято решение по вопросу с общим врагом. Ну а тогда уже убийство жертвы, сумевшей сбежать с алтаря, отойдёт на второй план. Вот только каким образом это сделать, Греф пока не знал. Задача, похоже, логического решения не имела, а потому бывший землянин решил положиться на самое надежное в его прошлом мире понятие — на авось. С тем он и повёл свой маленький отряд.
