Боже мой, какие звери, – для достижения своих целей не считались ни с чем и ни с кем. Одним меньше, одним больше – какая разница для них – будет или нет поломанной человеческая судьба. Открыла последнюю страницу: на ней обнаружила карту города и путь к железнодорожной ветке, обведенный красным фломастером, а также приложена инструкция: «Расстояние составляет 25 километров, поезд прибывает каждый вторник в 1:30, первый вагон, пароль для посадки: «Я без багажа, везу ручную кладь НВ2326». Без багажа означает: Вы везете срочный анализ без предупреждения и предварительного звонка. Курьеры меняются, и Вы не вызовете подозрения. Адрес клиники: Остоженка, 13, тел. 766–633, Владимир Яковлевич, телефон прослушивается. Будьте крайне осторожны, снимите квартиру на вокзале, а дальше действуйте по обстоятельствам. Желаю удачи. GEN563-BK54C–VR7824-MSB+THR-AKL453-BH+DRN+HBR– MB9192».
Переписав все аккуратно, решила сжечь книгу. Зашла в ванную, положила в таз и подожгла. Тетради спрятала в середину стопки газет, приготовленных для сдачи в макулатуру. Книга сгорела быстро, как и моя жизнь. Все убрала, но запах гари стоял по всей квартире. Принесла нашу общую семейную фотографию, подожгла конец и потушила, бросила на пол. По комнате разбросала другие фотографии, вынула ключ и легла в спальне.
Утренний визит никто не отменил. Приперлась моя спасительница с кашей. Я отказалась под честное слово, что опустошу всю тарелку, только не сейчас, на данный момент устала и хочется поспать. «Вы отдыхайте, а я пока порядок наведу». «Спасибо большое, если Вам не трудно. У Вас такое доброе сердце». Она расплылась в улыбке: «Да ладно Вам, мы же всетаки не чужие». «Вот тебе и родственница откапалась», – подумала я. Мне действительно хотелось спать. Пусть этот следопыт покопается, все равно ничего не найдет. Под шуршание, постукивание и другие шумовые эффекты я заснула.
Лучи солнца ослепляют глаза. Мой нос ощущает приятный цветочный запах. Мне тепло, слышу хруст. Посмотрела вниз – позади остаются небольшие следы на снегу. Хочу повернуть голову, но не могу, кто-то крепко держит мою шею. Начинаю плакать. Нежный голос шепчет мне в затылок: «Ш-ш-ш, не плачь, доченька, все будет хорошо». «Ма-ма, ма-ма, ма-ма…»
«Проснитесь, Мария Петровна». Я открыла глаза: передо мной стояла соседка. «Что ж вы так кричите, напугали меня. Одиннадцать уже, вставайте, лекарство надо принять, я уже и оладьи напекла. Поешьте и на прогулку идите. Вам свежий воздух нужен, таз зачем-то испортили: фотографии сожгли, нельзя так, нехорошо, какая ни есть, а память. Венера поправится, замуж выйдет, что она вашим внукам будет показывать?» «Да, Вы правы, сейчас поднимусь, не знаю что на меня нашло».
«Мне уходить надо, у самой дел полно». «Спасибо, я еще чуть-чуть полежу и встану». «Дверь не забудьте закрыть, ключ на столе».
Она ушла, и я вздохнула свободной. Неужели мне приснилась мама? Никогда мне не снились подобные сны, остался в памяти только запах оладей, который напоминал мне, что у меня когда-то была семья…
Надо было обдумать план прощания с «Н». Карту запомнила, маршрут – тоже. Единственное, что я не понимала, как мне добраться до железнодорожной ветки. Доступным транспортом оставался только велосипед, последний раз каталась на нем в детском доме.
Прошло несколько дней, мое здоровье восстановилось. Вышла на улицу и решила проверить ассортимент в местном универмаге. На мое счастье велосипеды были в наличии. Купила транспортное средство и довольная новым приобретением повела его домой. Каждое утро я его выгуливала вместе с собой. Дребезжа колесами по ступеням, привлекла внимание соседей: первое время они приоткрывали двери, я извинялась за причиненные шумовые неудобства, оправдывалась перед ними, мол, доктор посоветовал. Они приветствовали мое новое увлечение; так постепенно сместила график выездов на вечерний моцион, и уже никто не обращал внимания – куда я еду и во сколько вернусь.
Слава Богу, это уже никого не волновало. Так я осуществила свой план. Купила еще один велосипед, рассказала в магазине продавщицам, что дочь идет на поправку, что готовлю для нее сюрприз. Их, конечно, это не волновало, но мало ли, может, у них своя отчетность существует. Спрятала его на речке в кустах. Дома оставила записку, мол, жить не хочу, не поминайте лихом. Доехала до места схрона, переоделась, оставила одежду и велосипед на берегу. Вытащила из заваленного ветками новый и направилась по указанному пути. Проехав приличное расстояние, бросила его в лесопосадке, дальше пошла пешком. Поезд, как и описывал Севастьянов, прибыл ровно 1.30. Один пассажир вышел из вагона и направился в сторону дороги. Я подошла к первому вагону с маленьким чемоданом, сказала проводнице пароль, она без всякого подозрения пропустила меня: в вагоне еще ехало несколько пассажиров, но я их до этого никогда не встречала. Как только поезд тронулся, я заснула.
