Путь был расчищен, не теряя времени, пока не вылезли новые подземные твари, Фидель запрыгнул в машину, и Ведьмочка вдавила в пол педаль газа. Их вжало в сиденья, зад несколько раз забросило вправо и влево, но блистательная амазонка за рулём двухтонного форда удержала машину на траектории их побега. Форд как будто присел, а потом рванул вверх по пандусу. Ворота были открыты ими заранее, и они вылетели на площадку перед входом в торговый центр, затормозив так резко, что их развернуло на сто восемьдесят градусов.
Мотор работал, они посидели немного молча, пытаясь отдышаться и немного прийти в себя. Из ворот пулей вылетел Ночной Кот и сел рядом с машиной, как ни в чём ни бывало. Фидель открыл дверь, и псевдоморф запрыгнул внутрь, усевшись ему на колени.
— Да, жаль до лаборатории нельзя доехать на тачке с ветерком, — посетовала Ведьмочка.
— Ну, с таким же успехом мы могли бы послать перед собой духовой оркестр, чтобы нас встречали с музыкой и флажками, — заметил Утёнок. — Да всё равно туда сейчас нет дороги — сплошные воронки и завалы.
— Ладно, поехали к сервису, — сказал Фидель. — Времени не так много до вечера осталось, пора выдвигаться.
Ведьмочка развернулась и погнала машину вокруг здания. Потом со свистом загнала тачку в ворота автосервиса и резко остановилась.
Они выбрались из машины и пошли в цех за своим снаряжением. Слава богу, всё было на месте, и гастов нигде видно не было.
— Я иду первым, Утёнок последним. Котика пустим в разведку. Ну, с Богом, — сказал Фидель, неожиданно для самого себя перекрестившись. Он оглянулся на свою команду и почувствовал к ним такую благодарность, что слёзы едва не выступили на глазах. Он за них отвечал, за прекрасных и совершенных людей, каких он когда-либо знал в своей не такой уж короткой жизни, и он ощутил в душе неожиданный мир и покой, потому что знал, что не раздумывая отдаст за них жизнь. Если, конечно, судьба даст ему шанс пожертвовать своей никчёмной жизнью.
Они вышли за ворота и пошли вдоль восточной стены, стараясь держаться к ней как можно ближе. Вскоре они дошли до угла здания и повернули налево. Там тоже было всё чисто, судя по данным передаваемым котом на экран Ваниного телефона. Труба теплотрассы, покрытая серебристой теплоизоляцией, была уже метрах в тридцати от них, когда появился первый крылатый гаст. Он сделал над ними круг и что-то проверещал.
— Начинается, — буркнул Утёнок. — Наверняка разведчик, сейчас и остальные ребята подтянутся.
Фидель выхватил глок и снял летуна одним выстрелом:
— Бегом, вперёд! — скомандовал он и побежал к трубе. Его малочисленная команда бежала следом. Через несколько секунд они уже были на месте. Фидель и Утёнок заняли оборону, а Ведьмочка занялась выжиганием в трубе отверстия.
— Вижу цель, — сказал Фидель. — На крыше на десять часов. Закинь туда пару осколочных.
На крыше торгового центра показались с десяток-другой крылатых фигур. Они выглядели возбуждёнными и агрессивными, и даже, казалось, делали им какие-то знаки.
Утёнок навскидку послал гранату в самую их кучу, раздался взрыв и гастов раскидало в разные стороны, как тряпичных кукол. Второй гранаты не потребовалось.
— Как дела, милая? — поинтересовался Фидель у Ведьмочки.
Девушка с сосредоточенным лицом вела по трубе бледно-голубой луч плазмы. На землю стекали тонкие струйки расплавленного металла.
— Ещё несколько минут, — отозвалась она. — И всё будет готово.
Однако в это время над крышей здания поднялась целая туча летающей нечисти и, казалось, закрыла пол-неба. Фидель, как в замедленной съёмке, стал поднимать пулемёт, готовясь нажать на гашетку и излить из всех шести стволов огненный шквал, когда услышал шипение кота, перешедшее в утробный вой.
И в это мгновение в чёрной массе гастов стали появляться просветы, которые проделывали жуткие чудовища с перепончатыми огромными крыльями. И гасты заметались вверху, пытаясь избежать своей жалкой участи, как будто они могли знать, что такое настоящая жизнь.
— Готово! — сообщила Ведьмочка, и практически идеально круглый кусок трубы, выпиленный ею, с грохотом упал на землю.
Путь в преисподнюю был открыт.
