Поэтому парень, до сих пор удерживаемый крепкой рукой, кое-как обернулся. В свете монитора перед ним предстал одетый в спортивный костюм полный мужчина с безумными глазами и перекошенным ртом. Толстяк хмурил густые черные брови, отчего его нос с горбинкой казался еще более кривым. Выглядел незнакомец устрашающе.
— А вы… кто? — набравшись храбрости, деликатно поинтересовался Костя.
Обладатель стальной хватки проигнорировал вопрос и, дыхнув запахом сала с чесноком, задал свой:
— Как ты сюда попал?
— Через дверь.
Толстяк на мгновение залип, а затем раздраженно цокнул языком:
— Издеваешься?
Парень замотал головой.
— Что тебе здесь нужно?
— Ничего! Я просто заблудился, простите! Уже ухожу.
Костя попробовал встать, но не тут-то было — пальцы незнакомца впились в шею, будто стальные прутья.
— Мне больно! — громко сообщил парень и дернулся, пытаясь освободиться. Безуспешно.
Обладатель безумных глаз проигнорировал этот выкрик.
— Уходишь? Нет, не так быстро. Беседа только началась! Поэтому сиди и не дергайся, — сказал мужчина, однако руку от незваного гостя все же убрал.
Костя, чтобы не злить человека с перекошенным ртом, решил не спорить.
«Псих какой-то. Покалечит еще ненароком!.. Правда, не понимаю, почему СВБ не реагирует? Неужели считает, что все в порядке? Хм, видимо, надо вызвать вручную, через экстренную вкладку…» — потерев шею, подумал парень и, улучив момент, незаметно прикоснулся пальцем к левому виску и замер, ожидая появления экрана.
Но впервые в жизни интерфейс… не ответил!
«Не понял! — пронеслась в голове паническая мысль. — Какого черта ничего не работает?! Фейс, блин, давай!»
Костя, уже не скрываясь, снова ткнул пальцем в висок. Затем еще раз, и еще… Без результата.
После десятой попытки нависший над креслом мужчина не выдержал.
— Не надоело? — насмешливо поинтересовался он. — Можешь не стараться, «Разум» здесь не ловит.
— Но… как?!
Костя застыл, не в силах поверить в услышанное: «Разве такое возможно?! Нет же! Нет!.. А если — да?.. Неужели именно поэтому СВБ до сих пор не отреагировала?! Потому что не видит меня?!»
Подзабытый страх вновь вернулся, липким комком перерастая в ужас, мешающий спокойно дышать и даже думать.
— Не убивайте! — вцепившись в подлокотники, дрогнувшим голосом вскрикнул Костя. — Вас все равно вычислят по чип-айди! Сами это знаете!
Толстяк удивленно поднял брови, переваривая смысл фразы… и расхохотался, отчего рот его скривился еще сильнее.
Наблюдая за смеющимся работником клуба и не до конца понимая, что того так рассмешило, Костя продолжал сидеть в кресле. О побеге он даже не помышлял — ватные ноги тряслись крупной дрожью. На таких не то что бегать — ходить невозможно!
В конце концов незнакомец успокоился. Вытер выступившие слезы.
— Фух, насмешил, — выдохнул он. — Не собираюсь я тебя убивать! Откуда вообще такие мысли?
Костя смутился, почувствовав себя по-идиотски. Потупился:
— Ну как же? Сказали мне — сядь и сиди. В шею вот еще больно вцепились! И выглядели тоже… недобро! Как будто хотите что-то нехорошее со мной сотворить.
— Недобро выглядел? — переспросил толстяк и быстро кивнул, соглашаясь: — Да, ты прав, у меня такое бывает. Из-за рта. Неврология, мать ее!
Едва он закончил фразу, как скрипнула, отворяясь, боковая дверь, которую Костя даже не заметил в темноте, и в комнату изящным богомолом пробралась высокая худая фигура.
Остановившись на пороге, фигура щелкнула выключателем. Помещение озарил яркий свет.
— Федь, все в порядке, — кивнув на парня, произнес «богомол». И, не дожидаясь ответа, так же бесшумно вышел.
Толстяк проводил его ироничным взглядом, после чего переключился на гостя.
— Вот видишь? Олег сказал — все в порядке.
— Что? Что в порядке? — не понял Костя.
—
Толстяк придвинул к столу еще одно кресло на колесиках и опустился в него. Вытащил из кармана спортивок помятую пачку сигарет и протянул парню:
— Будешь?
Костя помотал головой, а Федор Ильич щелкнул зажигалкой, затянулся и одобрительно проговорил:
— Правильно, не кури. Не стоит. Я раньше тоже не курил. Спортом занимался. Борьбой, рукопашкой. В качалку ходил! А потом бросил и вот во что превратился! Пельмень, вареник и чебурек в одном лице! Хотя сигареты, конечно, тут не при чем. Курить я уже позже начал, после того, как… Неважно. Сигарета — это как последняя ступень деградации!
Костя промолчал, а толстяк, вновь глубоко затянувшись, кинул на него смеющийся взгляд и дружелюбно посоветовал:
— Да ты меня не бойся, Константин! Вижу, что зажался весь, что не отошел еще от нашего знакомства. Но и ты меня пойми! Ведь как дело было? Вышел я, значит, в туалет… на минутку буквально! Возвращаюсь, смотрю — какой-то пацаненок крадется! Ну вот и решил немного… попугать.
— Попугать, да. Я так и подумал, — неуклюже соврал Яковлев.
Федор Ильич поверил. Или сделал вид, что поверил.
— Признавайся, зачем пришел? Любопытно стало, что здесь творится?
Костя улыбнулся.
