— Для попугая… — пожал плечами покупатель. — Он такой прожорливый, — потом запнулся и добавил: — они все едят, как не в себя, это нормально? Я буду вынужден ходить сюда все чаще и чаще…
Но Джин уже не слушал: замер, отвернувшись к окну. Месяц назад он чуть ли не под диктовку давал список, что нельзя давать попугаю, и манго там было на первом месте. На первом! Почему сейчас перед ним лежал пакетище, полный этих фруктов?!
Чистейшая злость заволокла мозг туманом.
— Зачем. Ты. Сюда. Ходишь?! — отчеканил Джин, повернувшись обратно.
— Что? Что случилось? — опешил Ким Тэхен.
— У тебя нет животных!
— Откуда? Черт, конечно, они у меня живут! — не сдался так сразу покупатель.
Джин выскочил из-за прилавка, схватив по дороге зловредные фрукты, и метнулся к ящикам высыпать их обратно. Парень последовал за ним.
— Эй! Верните! Кто так поступает с покупателями? Что случилось-то?
Джин швырнул пакет в ящик и повернулся к Киму лицом.
— Ты обманщик и даже хуже. У тебя нет животных! Или сейчас ты мне скажешь, зачем сюда ходишь, или я выкину тебя отсюда!
Что-то темное и тягучее мелькнуло во взгляде напротив и тут же пропало: невинное лицо парня скуксилось от нанесенной ему обиды.
— Хозяин Ким, вы не можете так разговаривать со своими покупателями! Неужели с каждого требуете доказательства для покупки?
Но Сокджина таким не проймешь. Почти не проймешь. Он шумно выдохнул и грудью начал теснить Тэхена к выходу. Чужая грудь напору не поддалась, встретилась с его, столкнулась, и Джин вздрогнул. Кожаная куртка, не выдержав столкновения, упала, обнажила смуглые бицепсы. Горячий, везде и всюду горячий: этот красавчик особенно жарко палил через фигурные дырки футболки. Но некстати вспыхнувшая страсть отошла сейчас на второй план.
Электрический свет резал воспаленные глаза. А может, это разочарование щипало веки? Джин был плох во всем, кроме заботы о животных, и мысль, что кто-то мог их обидеть, делала его коммуникативные навыки еще хуже. А злость вообще сводила на нет.
— Еще раз! Зачем ТЫ сюда ходишь? Нет причин — проваливай! Ни одного животного больше тебе не продам! — зашипел Джин в близкое лицо.
— Черт! Показать тебе, зачем я сюда хожу? Окей, смотри! — загудел вдруг его визави басовито, низко, словно огромный колокол, схватил Джина за грудки и притянул к лицу. Жадный кусачий поцелуй расцвел болью на его губах. — Еще смотри, если не заметил!
Серия острых, колких поцелуев-пощечин обрушилась на Джина, и он окаменел, молча их принимая. Шок сковал руки и ноги, вынул из головы все мысли. Воздух вокруг потяжелел и налился жаром. Его подтянули выше, облокотили на стеллаж и проложили цепочку горячих влажных укусов вниз по шее.
— Достаточно или еще объяснить, зачем я сюда таскаюсь? Зачем одарил каждого племянника по животному, а сестре припер аквариум? У меня еще пара племянников есть, сейчас я тебе покажу, как мне срочно нужны домашние питомцы! — Джина вздернули под бедра, усадили на чужие и понесли к кассе.
Россыпь чувств омыла необузданным цунами. Облегчение, похоть, недоумение, безумие и восторг накатили и оставили хозяина магазина дрожащим, цепляющимся за чужие плечи. Его приземлили задницей на высокий прикассовый стол, раздвинули толчком колени, твердый живот ввинтился между расставленных ног, — и Джин, наконец-то, очухался.
— Ты что творишь! — взвыл он и с ужасом оглянулся на огромное окно. — Нас же видно!
— Это единственная твоя претензия? — рыкнули ему на ухо и тут же обожгли раковину горячим мокрым мазком. — Принято…
Парень оттолкнулся от него, уперся рукой в стол и одним толчком перелетел через столешницу, дернул Джина за футболку на спине и подтащил к себе. Один единственный взгляд на окно, и его снова стащили со стола, усадили опять, но уже дальше — за компьютер.
С ним так никто еще не обращался. Магазин с полками и клетками кружился и кувыркался перед глазами. Джина перемещали, словно большую куклу, а он только и мог, что сносить все, барахтаясь по краю сознания.
Болючие поцелуи снова ошпарили губы, чужие наглые руки разбежались по телу жадным любопытством. Его тискали и мяли, словно девчонку, хотя никаких округлостей отродясь не водилось.
Дыхания не хватало, каких-то серьезных сил к сопротивлению тоже. Сокджин только стонал во весь голос, высоко, звонко. Стонал и не верил, что он так умел.
— Покричи еще для меня, детка… — замурлыкали ему в шею. Длинные пальцы нащупали под футболкой горошины сосков, потерли и прищемили. И Джин не подвел: взвыл ясно, чисто — низкий рык вплелся в его стоны идеальным синхроном.
Горячие ладони замшей прошлись по животу — Джина выгнуло на прилавке — спустились к ремню джинс и клацнули бляшкой. Последние разумные мысли махнули рукой. Тэхен скользнул в ширинку, дернул резинку белья и накрыл полностью готовый к вниманию член.
— Скромный, смущающийся хозяин магазинчика, — выдохнул Тэхен и прошелся ладонью по всей его длине. — Что скрываешь от меня, а? Есть еще секреты?