Он задвигался что есть сил, наполнил себя полностью, выпустил ствол из себя и насадился снова. Выбил из наглеца стоны и вздохи. Тот покрепче ухватился за задницу и начал встречать собою толчки. Край столешницы врезался в живот, электрический свет ламп бил в глаза. Ким Тэхен, гад такой, даже не снял брюки, и расстегнутый ремень колотил Джина по бедру. Но все это меркло от ощущения крепкого здорового члена внутри. Черт, как он по этому соскучился, годами пестуя свой бизнес.
Цепкие пальцы перебрали ему на макушке влажные пряди, спустились ниже, крепкий обхват пережал шею. Джина подтянули выше, продолжая таранить, он выгнулся, прижался спиной к чужой груди. Толчки ускорялись, бедра хлопались друг об друга в ускоренном режиме.
— Кончишь? Сейчас? Для меня? — рука скользнула вперед к возбужденному члену, царапнула, сжала головку, и Джин с воем выплеснулся на стол, пачкая дерево белесыми потеками.
Следом, глубоко толкнувшись, догнал его Тэхен. Последние толчки были медленными, тягучими, Джин принял их все, не смея шевелиться.
Звезды плясали перед глазами — он лег грудью на стол, животом в свое семя. Сверху навалилось тяжелое тело, но ему чертовски давно не было так хорошо.
— Покажешь фотки животных? — шепнул Джин, и Тэхен зашевелился, сумрачно вздохнув.
— Так не веришь?
— Верю… — не стал вредничать хозяин магазина.
— Конечно, покажу — племянники каждый день шлют отчеты. А ты?
— Что я?
— Пойдешь со мной на свидание?
— Пойду…
Надо же все узнать о питомцах. И наладить, наконец, личную жизнь.