На пересечении улиц встретили первых мутантов. Муто-псы в драку не полезли, быстро ретировались, не нарываясь на пули. То ли стая была мелкая, то ли не оголодали ещё. Но сама по себе эта встреча стала тревожным звоночком. Фон излучения упал в ноль, земля очистилась, и это означало, что сейчас на поверхность полезут все кому не лень.
Моры не были лопухами, их рейдеры были сродни старателям. И само то, что эта группа забралась так далеко от завода, под самые стены Агрокомплекса, говорило о том, что они матёрые волчары, и знают, как себя вести на улицах мёртвого города. Хмур, сделал правильные выводы из появления мутантов. Дальше едва не бежали, настолько ускорился темп нашего перемещения. И если бы не простреленная нога Деда, темп наверняка возрос бы ещё больше. Я же не понимал, куда мы так торопимся. В X.ROM-17 добраться до вечера у нас не выйдет. В Агрокомплекс моры не сунутся, да и уходим мы от него всё дальше и дальше. Куда? Куда мы идём?
Ответ открылся мне в тот самый миг, когда мы вышли к реке. Крайняя к набережной высотка была разбомблена в пыль. Обломки засыпали набережную сплошным многометровым валом, частично завалив постройки поменьше.
Когда-то в этом месте находился один из развлекательных центров. Отсюда стартовали прогулочные катера и яхты, вставали на маршрут воздушные платформы с гремящей на них круглосуточно музыкой и неустанными танцами подвыпившей молодёжи. Ну а теперь… Теперь в обмелевшей реке павшими титанами ржавели груды металла, некогда бороздившие водную гладь и парящие в небе.
Сюда-то мы и держали путь. Вернее к одной конкретной многометровой аэрояхте, которая неизвестным образом свалилась прямо на набережную, да так и осталась лежать на ней. Покорёженная, окружённая сонмом обломков и покрытая ржой да вьюнками отвоёвывающих пространство растений. И как оказалось, именно под этой гниющей махиной располагался единственный на этой стороне реки вход в подземный туннель.
Но, несмотря на возможность спуститься под землю, моры нас туда не погнали. Они явно использовали яхту не в первый раз. Внутри был оборудован отличный схрон. Все не нужные для входа-выхода люки и двери были заварены. Имелись койки, переносной генератор, плита, биотуалет и многие другие мелочи, свойственные человеческому жилью.
– Добро пожаловать, уроды! – Хмур сбил меня с ног сразу же, как только я спустился по лестнице внутрь схрона. Несколько долгих минут мор отводил душу. Бил выборочно, избегая ударов в голову, отбил ноги и почки. Дед попытался было встрять, но его попытку быстро пресекли: стукнули в раненою ногу и повалили на пол.
В конце экзекуции лидер бандитов сорвал с меня шлем и маску, потянул за волосы и ткнул в лицо непонятным устройством.
– Знаешь что это такое, выродок? Это считывающий сигнал биоблока анализатор. И в нём сейчас забит только один маркер, маркер ублюдка, благодаря которому моя бригада отправилась в охладитель!
Новые удары посыпались градом. Я прикрывался, как мог, но, скованный, не мог избежать или как-то смягчить большинство ударов.
– Я почему-то был уверен, что свидетель – это самый крутой из вас. Старатель! А не неизвестный никому сопляк! Собрал информацию, и заказал именно его. А оно вон как выходит! У меня только один вопрос: как ты выжил? Я ведь был там, а на лица у меня память хорошая, и я не помню тебя среди общинников Башни. Кто ты, нахрен, такой?!
– Хмур, ему с нами ещё топать и топать. Второй ранен, если покалечишь и этого, будем двигаться как стадо черепах. – помощь пришла оттуда, откуда не ждали. За меня вступился один из бандитов. Конечно, сделал он это – только из рациональных соображений, а никак не из-за своей человечности, но значения это не имело.
Главарь банды прекратил меня избивать. Швырнул собственный мешок под одну из шконок, отложил оружие и скомандовал:
– Этих – в разные углы. Глаз с обоих не спускать! Сява, приготовь, что нибудь пожрать. Леший и Гюрза, давайте в туннель, понюхайте, свободен ли переход через реку. Контрабандисты – те ещё уроды, могли оставить сюрприз перед уходом, а скажут потом, что не их рук дело. Бабло-то за наше пребывание в своей лёжке уже взяли.
– Да не-е… Их бригадный конечно тот ещё мудак, но пакостить не станет – тупо побоится, – мор с игломётом, которого Хмур назвал Гюрзой, явно ленился лезть в туннель.
– Я сказал, проверьте! Делать всё равно нехрен. До утра тут куковать, не попрёмся же город топтать, на ночь глядя.
Двойка бандитов ушла. Один из оставшихся, знатный здоровяк, поднял меня на ноги и пристегнул к лестнице у самого входа, приковав к ней левую руку. Деда усадили на пол рядом с сортиром, и тоже приковали к специально приваренной там на такой случай металлической скобе.
Старатель выглядел плохо, старался не двигаться и не тревожить ногу. Видно, обезболивающие действие вколотого препарата закончилось. Но судя по тому, какие взгляды он бросал на лидера бандитов, сил свернуть тому шею у него бы хватило. Кажется, напарник понял, кто именно захватил нас в плен.
