Дед сразу не ответил, продолжая, как и ранее, почесывать свою уже довольно пышную бороду.
— Знаешь, есть пару мыслей у меня… Но вот что-то не могу свести их воедино, — ответил дед, при этом ещё сильнее нахмурившись. — Это точно глубинные твари. Вот только что их привело на поверхность? Ты же видишь, что их атака не имеет никакого смысла?
— Да, мало похоже на что-то заранее спланированное.
— Ага, больше похоже на бегство. Вот только от кого? И почему так отчаянно?
— Как думаешь…
— Нет, она тут не причём… Ну не может она на сотни километров так разрастись… Этих тварей вижу впервые, а значит они обитали очень глубоко под землёй…
Пока Белор думал вслух, разгоревшаяся битва не прекращалась. Араготы активно крошили тварей на куски, а твари активно старались покрошить всех, к кому получалось подобраться. Вот только если с химерами ещё были хоть какие-то шансы, чтобы выцепить одного и завалить толпой, хотя и тут были проблемы. То вот войска Гросвенор реально показали, что они не просто так едят свой хлеб. Когда первые сотни тварей подобрались к рядам защитников, солдаты уже встретили их, находясь в боевых построениях, с необычными щитами, которые в момент приближения монстров засветились и создали видимые энергетические отталкивающие волны.
Такое я уже видел не первый раз. Тяжелая пехота и артефактные щиты были довольно эффективными противодействиями против туповатых тварей, которыми были и демоны. Вот только стоило мне подумать, что ничего нового в защитном формировании войск я не увижу, как моё внимание привлёк один солдат. За спиной у него был ранец, на котором был закреплён чудный кристалл таафита, он менялся с небесно-голубого на штормовой-серый, и от него постоянно исходили всполохи. Вот только был бы я немагом, может, и не заметил энергетические жгуты, исходящие от него к щитам тяжей. И всё же я заметил, вот только опять-таки стоило мне подумать, что я приметил обычный ротный накопитель. Это артефакт, который удалённо, помимо встроенных в щиты накопителей, поддерживает работу отталкивающих магических волн, как очередная волна, отделившаяся от коробки защитного построения, и вместо того, чтобы, раскидав тварей, перемалывать их на куски, исчезнуть, она так и застыла.
Цвет энергетической стены постоянно менялся из сероватой к небесно-голубому, и чем светлее он становился, тем больше молний от него исходило. Вскоре тридцатиметровая стена гудела и трещала от всполохов электроразрядов, как шаровая молния. И тогда-то я узрел истинное чудо артефактной мысли, воплощенной в этом чуде. Небольшая вспышка от накопителя и жужжащая стена со скоростью молнии сорвалась навстречу тварям. Вслед ей отправились ещё несколько подобных от других отрядов, только одна водная, а другая огненная. Три волны, каждая длиной по метров тридцать, без всяких усилий аннигилируя тварей на своём пути, не утратили своей силы даже после преодоления трехсот метров. И даже когда достигли дыр, из которых вырывались твари, счесав их до состояния гладкой земли, словно после грейдера, прочесали еще добрых метров тридцать.
Мощь артефактов меня поразила, но я понимал, что швырять такими «грейдерами» они не могут постоянно, но и тут я ошибался. Да, новые волны были не такими яркими и не такими большими, но они вновь сформировались отрядами, направляя их на разбежавшихся по полю тварей. Помимо них постоянно работали арбалеты с артефактными болтами. Так что грохот стоял непередаваемый, кроме него тонны пыли уже поднялись в небо, и даже с высоты моих видов обзор уже в некоторых местах становился затруднительным. К счастью, еще несколько пущенных «грейдеров» решительно переломили ход битвы. У тупых тварей просто не было, что им противопоставить. Единственное, что от монстров оставалось после встречи с такими атаками, так это поднятый ветром и отправленный в далёкие дали пепел.
А спустя минут пятнадцать, когда последние твари были перебиты, сегодняшняя битва была окончена. Затем начались сборы и переклички личных составов. Я тоже не бездействовал и с помощью Калипсо узнал, что без потерь мои химеры не остались. Из пятисот особей в живых на данный момент осталось около четырехсот пятидесяти. Так что какими бы твари тупыми не были, силы им было не занимать. Да что говорить, я как увидел первые стычки, так сразу же и перехотел бежать и махать шашкой. И да, у меня еще маны было мало…
— Ну как, ощущаешь запах победы? — спросил я у Белора, хлопнув того по плечу.
А дед хмуро ответил:
— Скорее запах скорой беды.
— А поточнее можно?
— Тебе не кажется, что атака была какой-то странной?
— А то, мне не кажется, я это знаю. И ещё скажу, думаю, что это был передовой отряд, чтобы нас испытать или вообще посмотреть, что там на поверхности.
С каждым моим словом лицо Белора разглаживалось, до того момента пока и вовсе не вытянулось, демонтируя истинное удивление.
— Я по-другому думаю. Мне кажется, что вскоре за этими тварями последует то, что их преследовало.
— Тоже как вариант, но ты не заметил помимо всего одну странность?
— Да говори давай, не тяни!
