— Для начала отправить разведку под землю, — сказал я, наблюдая моментально скисшие рожи. — Так мы сможем понять, куда тянуться их ходы, ибо вполне возможно, что ваши слова про то, что завтра ходы откроются под солдатами, не такие уж и слова. Но отправлять туда солдат будет ошибкой. Оказавшись в своей стихии, монстры будут намного опаснее, так что лишь зазря потеряем воинов. А вот Араготы, которым не так важно день сейчас или безлунная ночь, вполне могут и поспособствовать нашей разведке. Но, генерал, сколько у нас есть времени? Всё-таки, пока мы будем переживать по поводу неизвестных, наши союзники вполне вероятно сложат голову, и наш так называемый «освободительный поход» может быть уже никому не принесёт пользы. Ну разве что кроме особо сильных и зажиточных владетелей, — озвучил я свои мысли, при этом мимолётно глянул на Антонину.
— С подземной разведкой согласен, отправляйте своих химер прямо сейчас, граф.
— Уже.
— А по поводу нашего, как вы сказали, «освободительного похода» тут всё очевидно. Пока не прикроем тыл, никаких походов не будет. Нужна ясность, а то отойдём на расстояние в день пути, и твари вновь попрут… А Логово терять в данный момент нельзя, его возвращение к законным наследникам стало символом надежды для многих. А надежда в наши тяжёлые времена — это не так уж и мало. Значит так, два дня у вас есть, граф. А пока, если вы позволите, мне нужно провести воспитательную беседу со своими подчинёнными…
Всё поняв, я со своими соратниками покинул штаб. А к нам донеслись слова генерала: «Вы что меня позорите!», ударившие нам в спины замогильным холодом.
В общем, спустя десяток минут, найдя укромный уголок и собравшись всей дружной компанией, мы стали вести уже своё собственное совещание.
— Не нравится мне всё это… — призналась Марфа. — Уж больно много непонятного в нашем «освободительном походе». Почему нам не рассказали сразу про такие «артефакты»?
— Если есть ещё такие или им подобные, и не расскажут. Секретность, понимаешь ли. Но оно и правильно. С чего бы Демиосу нам с первых часов уже доверять? Сабине он-то наверняка поведал о своих планах, а мы в его глазах ещё не тянем на, как говорится, ближний круг, — сказал Вурдор.
— И это после всего, что мы прошли с ними? — возмутилась воительница.
— А что, ты с ними прошла? Кто об это знает? Барды в последнее время не поют о подвигах, никто вообще не поёт. Так что единственный человек, о котором знают, так это Джо Логрок. Вот только не всем по нраву, что, без обид, Джо, — сказал Вурдор, на что я кивнул, — выскочка заберёт всю славу в битвах.
— Генерал же мудрый человек. Он должен понимать важность вовремя сказанных сведений, — добавила Марфа.
— Он-то мудрый, но ты заметила практически идеальное оснащение войск? А это значит, что кто-то неслабо так вкладывает средства в армию. Так что, помимо общих мотивов выбить кровососов, есть ещё и личные. Скажем, прославиться своей щедростью и непосредственным участием. Что, конечно же, возвысит и прославит как героя, так и его род.
— Алан Териннор и Антонина Кроусвик. Они не по чину стоят по левую и правую руку от Демиоса. Именно их своевременное вмешательство не дало пасть гвардейским полкам. Ты это имеешь в виду? — спросил я у Вурдора.
— Утверждать, конечно же, не могу, но опора Гросвеноров, Вуллингтон, в лапах врага, а вот Тафис, город рода Терринор и Нелиор, вотчина Кроусвиков, не пали. Там идёт торговля, туда стягиваются выжившие. Так что вполне возможно, что опора этих двух родов, в плане обеспечения артефактами, деньгами, провизией, сыграла большую роль, чем в том, что Теринноры и Кроусвики отщипнули от своих воинских сил, прислав сюда.
— Ты хочешь сказать, что Демиос чувствует себя обязанным перед этими родами? И потому будет возвышать Алана и Антонину?
— Возвышать вряд ли, но вот давать возможность самостоятельно возвыситься, при этом слегка оберегая, то, скорее всего, так и будет. Думаю, через месяц с нашего «освободительного похода» их имена будут знать все выжившие. Точнее, если бы не вмешался генерал, то знали бы наверняка одно имя. Да, Джо?
— Он заслужил своё.
— Понимаю. Но в свете сказанного, если же мы правы, то ты понимаешь, что его унижение тобой сейчас, будет означать потом?
— Мстить будет…
— Это так, но думаю, он поступит по-другому, не так очевидно. Как-то попытается тебя подставить, обвинить. Это сделать, конечно, сложно. Твои сражения против демонов и против Легионов все прекрасно помнят. Но наверняка он ударит тогда и туда, когда ты уж точно не будешь этого ожидать.
— Зря я всё-таки не убил его…
— А нам ещё выпадет возможность. Впереди множество опасных битв, там всякое может случиться… — с оскалом на лице сказала Марфа, а все собравшиеся ответили ей не менее кровожадными улыбками.
— В общем, пока все тут, хочу вам сказать, что мне нужна будет ваша помощь… — признался я, осматривая вмиг собравшихся друзей.
— Не тяни, парень, говори, что задумал, — затягиваясь из люльки, сказал Белор.
