— Согласно легенде, Влад Колосажатель, он же Дракула, вмещал в себе одновременно инь и ян, был поразительно умным и современным человеком, но при этом жестоким монстром, лишенным эмпатии, настоящим садистом. Когда он умер, пекари нашли его тело, а рыбаки — голову. Вместе они перенесли его останки в монастырь в Комане и похоронили. Однако через три дня после этого его злой дух, пробудившийся, когда голову соединили с телом, вышел из могилы в форме тени. Эта тень долго бродила по миру, пока не нашла тело, в которое можно вселиться. Более того, по этой легенде Колосажатель спрятал и другое послание. Точнее, его добрая сторона спрятала сообщение от его злой стороны, и считается, что только человек, в котором эта тень временно пребывает, может распознать и расшифровать его, но когда он это сделает, Влад Дракула соединится с тьмой.
— И что же это все это значит?
— Не знаю. По одной из версий он будет превращать других людей в вампиров; согласно другой — сможет наконец обрести покой и перестанет перемещаться из тело в тело. Возможно также, речь идет о том, что он будет появляться днем, не только ночью. Но это просто страшные сказки для детей. Что же до вас, то вам пора!
— Уже ухожу. Но подожди минутку. Кто-то сказал мне, что Брэм Стокер был членом ордена «Золотая заря» и что ему заплатили за то, чтобы он сочинил историю о вампирах и тем самым посеял панику.
— Кто знает? Возможно, в нем даже жила тень Влада. Ну же, забирайтесь в машину!
Тронувшись с места, Чарльз направился в сторону аэропорта. Отец долго смотрел ему вслед, даже после того как машина скрылась за горизонтом. Через некоторое время он вернулся в дом. Он вынес тело медсестры в сад, а вот тела Вернера не нашел.
Bulagnna, как говорят на местном диалекте, была одним из городов, которые профессор Чарльз Бейкер знал лучше всего. Его много раз приглашали читать лекции в университете, который был первым университетом в мире, не считая Аль-Карауин в Марокко, но тот представлял собой скорее медресе, исламскую школу. Чарльзу нравилось преподавать в Болонье, и он соглашался на это при всякой возможности. Этот храм науки был основан в 1088 году, и Чарльз с удовольствием ходил путями Данте, Коперника, Эразма Роттердамского и Петрарки.
Но впервые его привела в этот город столь странная цель. Перелет до Лиона занял более двенадцати часов. Почти все это время профессор спал, а спустя несколько часов, сев на самолет итальянских авиалиний, прибыл в аэропорт имени Макрони, что в Болонье. Они с Кристой очень тепло попрощались, и он искренне извинился перед ней за свои подозрения.
Впервые в жизни Чарльз чувствовал, что на его плечах лежит огромная ответственность. Его дед был прав. Он всегда относился ко всему слишком легко, и теперь ему казалось, что его цинизм улетучился, а «просвещенная» привычка воспринимать все подряд с долей иронии ушла вместе с ним.
Выйдя из аэропорта, он взял такси и заставил водителя объехать все двенадцать древних ворот города. Двух уже не существовало, поэтому Чарльз хотел посетить те места, на которых они когда-то стояли, чтобы посмотреть, где могут проходить встречи у ворот Сант-Исайя и Сан-Мамоло. Сориентировавшись, он решил, что надо бы поесть, а затем расположиться где-нибудь стратегически. Он не знал, в каком порядке ему придется обходить ворота и с каких нужно будет начинать.
Он решил, что исчезнувшие ворота Сан-Мамоло станут отличной отправной точкой, ведь, возможно, сложнее всего будет определить человека, с которым ему следует там встретиться. Неподалеку от этих ворот (они же д’Азельо) находился небольшой трехзвездочный отель с удобным названием «Сан-Мамоло». Профессор решил устроить там свою штаб-квартиру, и ему было все равно, пусть даже это окажется худший отель из всех, в которых он останавливался за всю свою жизнь.
Ворота Сан-Мамоло были построены в четырнадцатом веке и уничтожены в 1903 году. Снесенные в то же время ворота Сант-Исайя (также известные как Порта Пия) возвели немногим позже. Чарльз пришел к выводу, что в дни Влада Колосажателя ворота Сант-Исайя еще не существовали, а значит, нужно предусмотреть другое место встречи. Вероятно, поэтому в библии Гутенберга не упоминались эти ворота.
Сев за небольшой столик в номере, он впервые открыл зодиакальную карту, которую вручил ему отец.
