– Не совсем поняла, кто же из старейшин на Совете был бабушкой и дедушкой Райэла? Я помню только его родителей… и других глав городов…
– Их уже нет,– спокойно ответил Гиэ, догадавшись о моем замешательстве.
– Нет? Их проводили в Мувэйн?– отчетливо вспоминая слова Райэла, спросила я.
Ниэса кивнула, и снова привлекала мое внимание. И я поймала себя на радостной мысли, что именно сейчас тот момент, когда выяснится правда.
– И кто это сделал?– чуть склонившись к столу и вглядываясь в глаза девушки, уточнила я.
– Райэл…
– О, отлично!– удовлетворенно выдохнула я и выпрямилась, но тут же осознала, как это прозвучало, и виновато округлила глаза, а затем придумала на ходу:– О, то есть я не то хотела сказать… Отлично, что их провожал родной человек… То есть не человек… В общем, я хотела сказать…
«Боже, как неловко вышло!»– потупилась я.
– Все хорошо, Кира,– пришел на выручку Гиэ,– мы тебя поняли.
Я виновато покосилась на него, но тот лишь смотрел на меня изучающим взглядом. А Ниэса дружелюбно улыбнулась и кивнула в знак согласия.
– У меня сегодня странный день,– снова начала оправдываться я перед Ниэсой.– Ты, наверное, уже знаешь, что я подружилась с черным даэгоном?
– Да, Гиэ рассказал. Это поразительно!– искренне отозвалась девушка, и в ее взгляде на Гиэ мелькнуло благоговение.
Я быстро перевела глаза на мужчину, а его взгляд только на секунду задержался на лице Ниэсы и снова вернулся ко мне. Посетила смутная догадка о возможном романе между ними. Но вспомнив из рассказов Киэры, что сестре Райэла тридцать два года, я соотнесла с двухсот трехлетним возрастом моего психоадаптолога, и отмела это предположение.
«Слишком велика разница. Не думаю, что у них возраст не имеет значения»,– промелькнуло в мыслях, но, чтобы не выдать себя, я воодушевленно скрестила пальцы рук и улыбнулась.
– Мне не терпится снова увидеть это потрясающее животное!– поделилась я.– А действительно ли даэгонов так боятся?
– Не то, чтобы боятся… Они ведь крайне редкие гости,– заметила Ниэса.– Но такой частотой их появления в Эйруке многие озадачены.
– Что ж, ладно. Я пойду, очень хочу есть,– вежливо поклонилась я им обоим и поспешила удалиться.
Я заняла столик на самом краю крыши, откуда был виден весь город, и не успела посмотреть, что есть в меню, как появился Грэйн. При одном его взгляде и звуке моего имени, я ощутила, как таю и одновременно обретаю крылья за спиной.
– Вот и ты, мой спаситель!– широко улыбнулась я.
Присаживаясь напротив, Грэйн вопросительно изогнул одну бровь.
– Боюсь заказать какую-нибудь кракозябру на обед. Поможешь?
– Крако… что?– широко улыбаясь и обнажая жемчужный ряд зубов, спросил он.
Я едва отвела взгляд от его губ и, пожав плечами, прошептала:
– Какую-нибудь гадость вроде яиц нобиуса.
– Что же ты делаешь, когда рядом никого нет?– в голос засмеялся он.
– Тыкаю только на знакомые символы,– засмеялась я одновременно с Грэйном.– И, вероятно, пропускаю очень много вкусного.
– С нетерпением жду, когда тебя научат распознавать нашу символику,– поделился он.
– Читать?
– Читать. Итак, что желает Кира?– с серьезным видом поднеся палец к меню, спросил Грэйн.
– Рассказывай, что ты видишь, а я буду выбирать,– игриво ответила я.
Голос Грэйна и то, как менялось его лицо, двигались губы, завораживали меня и успокаивали. Я прятала глаза, когда он смотрел на меня, а потом снова украдкой разглядывала его невыразимо приятное лицо, плечи, руки…
Заказ был доставлен быстро, не успела я поделиться с Грэйном о черном даэгоне и своих впечатлениях и ощущениях от животного. Мы говорили о разном, но снова возвращались к этой теме. Казалось, Грэйн слушал с упоением, был немало поражен необычным явлением, с интересом задавал вопросы, шутил и острил. Даже тот комплимент, который прозвучал по поводу выбранного имени для существа, согрел меня изнутри и улучшил настроение.
– Только меня беспокоит, когда она так неожиданно появляется и исчезает. Для меня это сродни какому-то животному страху после фильмов ужасов,– вздрогнула я, описывая свои эмоции, и сложила пустые тарелки в контейнер.
– Фил… ужасов?– сморщил лоб Грэйн, а потом с серьезным выражением лица заявил:– Думаю, пора мне запросить разрешение на изучение твоего языка.
– О-о, не стоит,– засмеялась я, взяла стакан с чаем и откинулась на спинку кресла.– Русский язык – один из самых сложных на Земле…
– Думаю, тебе придется туго, Грэйн,– раздался знакомый мужской голос над моим плечом.
Я резко выпрямилась в кресле и, сдвинув брови, оглянулась.
Рядом с перегородкой из цветущего плюща стоял Марк.
– Земные фильмы ужасов – это нечто неразумное, но затрагивающее глубинные страхи людей,– вежливо улыбаясь и приветствуя нас обоих жестом, проговорил он.
