– Жаль, что вы так думаете,– каким-то официально-вежливым тоном проговорил он.
Я даже не поняла, что произошло с его настроением и к какой части моих слов относилось его сожаление.
– Да я вообще о вас не думаю,– усмехнулась я,– вы просто такой… такой…
Я стала размахивать ладонью, помогая себе найти подходящие слова, но, наконец, сдалась и выдохнула:
–…ненормальный…
Я сделала шаг назад и кивнула:
– Да, все тэсанийцы как тэсанийцы, а вы один не как все, будто и не местный вовсе. В общем, вы подумайте над этим, а я пойду…
Я повернулась в сторону модуля, медленно вспоминая, оттуда ли я пришла… Но мозг еще не окончательно был затуманен алкоголем, и я легко вспомнила, что лестниц здесь не было, а значит, дорога одна – в модуль!
–…у меня еще масса дел… в смысле, мой день уже давно зако-о-о-ончился,– протяжно зевнула я и вздрогнула от озноба.– Мне пора спать… Доброй ночи, Райэл. В общем…
Я подумала, что нужно сделать что-то еще при прощании, но совершенно не могла вспомнить, что именно, и решила обойтись словами.
–…до завтра!
И медленно перешагнула порог модуля.
Пока я добиралась до своей постели, непрерывно думала о том, что таким, как сегодня, Райэла я видела впервые и совсем с другой стороны. Он был невероятно притягательным, красивым и с той долей властности, которая мне всегда нравилась в мужчинах. В нем было ее больше, чем следовало бы, но это детали.
Я сбросила платье, взглянула на лестницу, прищурилась и усмехнулась.
«Не алкоголь ли виноват в таком неравнодушии к снежному человеку? И не те ли сумасбродные сны?– а потом усмехнулась самой себе и, крепко держась за перила, побрела в спальную.– Не бывает дурных мужчин, бывает мало текилы!»
Голова упала на подушку, и последней была мысль о чудесном янтарном нектаре, который обязательно нужно раздобыть про запас…
Как же мне было плохо, когда я очнулась на утро! Я познала все прелести похмелья. Еще и мысль о том, что вчера произошло что-то неуместное, не оставляла меня.
Ужасно стыдно было признаться себе, что так развезло от злоупотребления янтарным нектаром. И это еще не всё! Я не знала, что нужно было расхлебывать после ночной прогулки: воспоминания о вечере – сплошные обрывки. Со мной такого никогда не было.
Я напряженно зажмурилась, будто это помогло бы точнее восстановить события вчерашнего вечера. Голова болела нещадно. Но кое-что вспомнить удалось. Однако именно эти воспоминания привели меня в смущенно-растерянное настроение.
– Как, черт возьми, я оказалась у его двери?! Какой черт меня туда потянул?– ворчала я по пути в гардеробную, чтобы накинуть на себя хоть что-нибудь: как оказалось, я спала обнаженной.– Что теперь он обо мне подумает? А-а-а, притворюсь, что ничего не помню… Ведь так алкоголь, кажется, действует?
Эта мысль меня немного успокоила.
Проспала я, конечно, всю ночь. Всю тэсанийскую ночь. И всё утро. И что-то совсем не запомнила, что мне снилось. А может, и вовсе ничего…
Спустившись в гостиную полностью в растрепанном состоянии, я посмотрела на часы и поняла, что опаздываю на встречу со своей группой. Хоть это я не забыла! Шаола уже сидела у выхода.
– Привет, дорога-а-я,– зевая, сказала я и улыбнулась ей.– Так хочется пить и есть… Но посмотри на меня? Как в таком виде идти на завтрак в бистро?
Я скептически посмотрела на свое отражение в мультипанели. Волосы торчали во все стороны, челка в стиле пан-рок и заспанное лицо. Я вдруг подумала о том, что совершенно не помню, в каком виде пришла к снежному человеку.
«Что у меня было на голове? Платье на мне точно было: помню этот неудобный подол, в котором я все время путалась… Но почему? На приеме же было все нормально! Черт!– хлопнула себя по щеке и поморщилась оттого, что не рассчитала силу.– Я была босиком!»
Покачав головой, снова посмотрела на себя. Радовало одно: отеков и кругов под глазами не наблюдалось. Кожа была в идеальном состоянии. Но не стоило так усердствовать в поглощении неиспытанного напитка. Да, он привел меня в легкое и непосредственное настроение, во многом благодаря ему я провела вторую половину вечера в отличном настроении. Но, бог знает, что наговорила и сделала вчера. Несомненно, я была очень пьяна, но имелось и измененное состояние сознания: бредовые мысли о том, что мной кто-то управляет, что это, кто угодно, но не я, – совсем были не в моем стиле после текилы, сколько бы ни выпила на Земле.
– И почему у них нет кухонь? Я бы сама прекрасно справилась с завтраком,– возмутилась я и обхватила голову ладонями.
Шаола наблюдала за каждым моим шагом и будто улыбалась.
– Что, не веришь? Ну, научилась бы, я что – глупая?
Я оглянулась на холл. На диване лежало васильковое платье со вчерашнего приема. Увидев переливы света на ткани, я вдруг отчетливо вспомнила наше с Вэлном танго и неожиданно засмеялась, присаживаясь рядом с комком материи.
– Ты это видела?– обратилась я к даэгону.
Шаола ловко прыгнула через спинку дивана и грациозно приземлилась рядом с платьем. Она внимательно посмотрела в лицо и кивнула.
– Это было прилично?– опасливо поинтересовалась я, не желая увидеть отрицательный ответ.
