На секунду я замерла, а потом в груди дрогнуло от радостного трепета одновременно с гулким ударом сердца. Я сунула руку в правый карман и с улыбкой протянула серебряный символ мальчику. Тот навел на него свой коммуникатор и мазнул пальчиком по экрану. Какие-то данные высветились на дисплее коммуникатора, и Гэйрин довольно кивнул, возвращая мне идентификатор. Затем он нажал какой-то символ на панели мобильного модуля и тот взмыл вверх.
Дверь лифта открылась прямо напротив моей раскрытой двери. Я выдохнула с таким облегчением, будто спаслась от расправы маньяка, и выбежала.
– Благодарю, Гэйрин. Мы еще увидимся?
– Конечно, я обязательно приду на твою инициацию,– с неподдельным воодушевлением ответил Гэйрин и попрощался со мной жестом.
Ребенок был совершенно очаровательным и похож на развитого человеческого мальчика. Я бы могла пригласить его в свое жилище, как нового маленького друга, но боялась, что ни его родители, ни те же Нэйя, Гиэ и тем более Райэл это не одобрили бы. Вдруг я нанесла бы непростительное оскорбление кому-то. Я поняла это, и искренне захотела подробнее при случае расспросить Нэйю или Киэру о местном этикете. Было бы еще куда записывать все вопросы, что появлялись в голове, а то, как возникали, так и заменялись новыми, оставляя предыдущие без ответов.
Я повернулась к своей полузакрытой двери, пуф не давал ей задвинуться полностью в стену, и легким шлепком коснулась серебряным символом ее поверхности чуть выше своего роста. Он мигом прилип и слегка засветился. В гостиной загорелся свет – жилище приветствовало хозяйку.
Я вошла в гигиеническую комнату и села на пуф перед высоким зеркалом. Хотелось умыться и сполоснуть руки. Жаль, что в углубление для рук нельзя было просунуть голову, чтобы ее оросило питательной влагой и очистило одновременно от всех лишних мыслей. Я очистила руки и взяла с полки пакет с губкой для умывания.
«Который сейчас час?– протирая лицо, думала я.– Когда я начну во всем этом разбираться?»
Салфетка высохла, и только теперь я по-настоящему взглянула на свое отражение. Радужка, кажется, была ярче, чем раньше. Ресницы будто в два раза гуще и чернее ночи. Я улыбнулась себе и задорно клацнула здоровыми зубами.
«Мне словно двадцать! Кожа светится молодостью и здоровьем! Ни одной морщинки! Ни пятнышка! Такой здоровый румянец! Потрясающе! А энергии в теле столько, что не выгулять и за несколько бессонных ночей».
Я повертела головой направо, налево, подняла ее, опустила, косясь на себя под разными углами. Волосы были просто мечтой всей жизни.
«Почему мама с детства мне их стригла?»
Я нравилась самой себе, нравились и ощущения в теле, и даже то, что называлось душой, где-то там за грудиной, сейчас умиротворенно напевало рождественский гимн.
Я поправила волосы у лица, пригладила прямую челку и, крутнувшись на пятках, пошла осматривать свои владения. За весь день я совсем не устала, спать совершенно не хотелось. Но вот поесть, пожалуй, немного надо. Дурацкая привычка – есть по ночам!
Я забыла, как разогревать пищу, и без претензий доела те овощи, что оставила на столе после ухода Киэры. Со стаканом чая я прошла в центр гостиной и села прямо на пол, подогнув под себя ноги.
«Свет. Тишина. Темное окно. И я за миллиарды миллиардов километров от Земли здесь на теплом полу в моей новой квартире. Необычно! Я бы сказала – невообразимо!»
Мне всегда нравилось это чувство, когда покупаешь что-то новое, необычное, которое пахнет еще чем-то неизвестным. Это придает вдохновения и чувства полноты жизни. Появилась какая-то безотчетная радость и ощущение новизны, будто ты провел генеральную уборку и вынес весь хлам из дома, воздух стал свежим, аура пространства очистилась от наследия старого, и ты сам полностью обновлен и уравновешен. После безотчетной радости наступило спокойствие, которое удивляло меня. Но я испытывала удовольствие от этих ощущений: ровное настроение, гладкое, будто шелковое, мысли текли мягко, размерено, ни сучка ни задоринки. Суматоха дня испарилась, только легкие образы новой реальности: заботливая и дружелюбная Нэйя, веселая и яркая Киэра, забавный Пэтрэ. От образа Райэла я успешно отмахнулась. Ощущения были приятные, и не хотелось думать, что будет завтра. Сегодня не хотелось. Я понимала, что все может резко измениться, но сегодня, сейчас до этого не было дела. Хотелось плыть по своему морю спокойствия на собственном корабле уюта и вдохновения.
Теперь у меня была возможность полностью почувствовать время так, как оно есть, как оно течет, прислушаться к самой себе, к новым ощущениям. Я уже не была под воздействием психорегуляторов и чувствовала себя так, как и должно было быть. Я просто сливалась с пространством вокруг, прислушивалась к нему…
Я поставила пустой стакан на пол и поднялась. Прошлась по гостиной, заглянула на второй этаж и снова спустилась вниз.
