– А я думала, у вас здесь нет преступников и судов соответственно?– усмехнулась я, отчего-то эта мысль позабавила.
– Есть Спорный дом. Там решаются все спорные вопросы. И понятие «преступник» в известном вам смысле, Кира, у нас нет. Во-первых, мы имеем иной уровень развития, во-вторых, все знают, что вычислить нарушение законов легко, и наказание – изгнание. Никто не хочет быть изгнанным. И потом, уважение к традициям и дисциплина заложены почти на генетическом уровне и воспитываются с детства. У нас не выражен ген агрессивности, в отличие от вашего вида.
Райэл пристально смотрел на меня.
«Как он старается подчеркнуть наши различия!»
– Не смотрите на меня так!– возмутилась я.– Я еще никому не причинила здесь вреда.
– Еще?– сыронизировал он.
Я недовольно сузила глаза и негромко выдохнула сквозь зубы:
– Ирония вам не к лицу.
– А что к лицу?– неожиданно полюбопытствовал он, но таким бесстрастным тоном, что будто вовсе и не интересовался ответом.
Я ехидно прищурилась и фыркнула:
– Хм, вам не понравится то, что я скажу.
Взгляд Райэла стал пронзительным, словно луч лазера, я почти почувствовала, как серые клетки в голове затрепетали. На случай ментального сканирования я окружила себя бетонными блоками и опустила глаза к своему планшету. Но он не показал мне, который час. А я, как школьница ждала звонка с урока, но вместо того, чтобы продолжать сердиться, решила задать следующий вопрос:
– А почему мужчины ниже основного уровня не владеют ментальным сканированием?
Райэл подвинулся к столу и положил перед собой скрещенные пальцы рук, а затем охотно ответил, будто обучение – это единственное, что доставляло ему хоть какое-то удовольствие в общении со мной:
– Все этапы развития тэсанийца обусловлены устоявшимися нормами нашего общества: этическими, социальными, политическими. Каждый имеет доступ к определенной информации в свое время. Поэтому и сканировать разрешается только на основном и высшем уровне, когда тэсаниец получил развитие, затратив свои ресурсы, а не использовав чужие.
– Вы всегда говорите загадками,– недовольно подчеркнула я.
– Что вас смущает?
– Правильно ли я понимаю, что если вы владеете определенным набором знаний, то ментал уровнем ниже без труда сможет получить знания, просто позаимствовав их у вас в голове? Поэтому сканировать разрешается только с основного уровня, когда тэсаниец владеет всевозможными знаниями? Ну, а высший уровень продолжает оставаться для всех недоступным.
– В вашем понимании процесса ментального сканирования есть одно заблуждение: ментал не видит воспоминаний, прошлого и знаний, которыми владеет сканируемый. Заглядывая в разум другого, ментал читает только образы, эмоции и мысли в данный конкретный момент.
– Ах, вот оно что?– задумчиво протянула я.
Это существенно меняло мое отношение к процессу сканирования. Если бы я и хотела позволить кому-то читать мои мысли в конкретный отрезок времени, нужно было просто контролировать их содержание.
– Однако, в чем-то вы правы, Кира. Если сканируемый будет думать о том, что еще неизвестно менталу, то последний овладеет недоступной ему в обычном режиме информацией.
– Я уже догадалась,– лукаво улыбнулась я.
– В то же время, основному уровню, действительно, не доступно сканирование высшего, так как здесь вступает другой этический закон: нэйад запрещено сканировать.
«Ну, я вам тоже не по зубам?»– мысленно усмехнулась я, но, видимо, злорадная улыбка все же промелькнула.
Райэл вновь выпрямился в кресле и выдавил снисходительную улыбку:
– Вижу, что вы получаете удовольствие от сознания своей способности блокировать менталов.
– Невероятное!– вздохнув и закатив глаза, подтвердила я и поднялась. На сегодня с меня достаточно.– Кажется, скоро обед. Я могу быть свободна?
– Да, но время еще есть,– ровно заметил он.
Я задержалась. Терпеливо вздохнула. И неожиданно в памяти всплыл еще один важный вопрос.
– Еще один вопрос, можно?
– Разумеется,– сухо ответил тот.
– Однажды вы взяли мое разрешение сканировать меня во время сна. Когда вы собираетесь начать?
– Это уже происходит,– огорошил его ответ.
Я замерла. Мой «процессор» завис, то ли от разгадки смысла слов Райэла, то ли от испуга, что он уже мог покопаться в моей голове и выяснить для себя что-то такое, что дало бы ему основание считать меня опасной.
– Ко-г-да?– наконец задала главный вопрос я, сбиваясь с дыхания.
– Уже две ночи подряд,– невозмутимо поднимая на меня глаза, ответил Райэл.– Вас что-то беспокоит?
Внутри похолодело. И я не смогла удержаться от второго главного вопроса, но задала его в крайне нелепой форме:
– И что… уже?
На лице Райэла едва приподнялась одна бровь, и это все эмоции, которые я смогла заметить.
– Вы, кажется, филолог?– ровным тоном проговорил он.
– Не понимаю, причем здесь это?– возмущенно дернула я плечом.
– Научитесь выражать свои мысли более конкретно и станете получать более точные ответы,– выдал он.
– Боже!– нетерпеливо выдохнула я себе под нос и уже громче произнесла:– Вы можете просто сказать, что обнаружили при сканировании?
От волнения в ожидании ответа в горле запульсировало.
