– Я пригласила Максима к нам не в первый день знакомства. Мы присматривались друг к другу и не делали поспешных выводов. Ходили в кино, на выставки. Даже за руки не держались! Мы не поступали легкомысленно, как в современных фильмах – раз, раз и на матрас! – Ирина остановила речевой поток, набрала воздух и медленно выдохнула. – Извини за некоторые подробности. Я не заглядываю далеко вперёд, но хочу тебя предупредить – Максим теперь частый гость в нашем доме. Советую принять это как данность! А если что-то не устраивает, можешь снимать квартиру и жить там, где тебя ничего не будет напрягать или раздражать! Твоя мать заслуживает своего счастья. Маленького, может неказистого с охранником, но своего! Ты можешь принимать этот факт, можешь не принимать, но это уже твои проблемы! – Пермякова сама ошалела от своего же натиска. Ещё несколько дней тому назад она не представляла, что сын станет снимать жильё, начнёт самостоятельную жизнь без её зоркого ока. А тут сама почти указывает ему на дверь.
– Извини мама, я был не прав. Что-то меня и правда, понесло! – сын виновато опустил голову.
– Вот то-то же! – женщина легко шлёпнула сына по затылку. – Я надеюсь, что вы подружитесь, – Ирина снова сгребла чашки, но не двинулась с места. Она неожиданно с гордостью вскинула подбородок. – Он вообще-то бывший лётчик.
– У твоего ухажёра есть история? – удивился сын.
– У каждого человека есть своя история и прошлое. У кого-то голова идёт кругом в молодости, а кто-то её теряет в зрелом возрасте.
– Да ты влюбилась! – Николай округлил глаза. – Первый раз тебя такую вижу! Словно спящая царевна проснулась! Газа горят!
– Не говори ерунды! – Ирина повернулась и направилась к посудомоечной машине.
Сын не видел, но догадывался, что мать улыбается.
– Вы так и не объяснили, почему я здесь? – Пётр вышел из ванной комнаты в махровом халате. Он интенсивно теребил полотенцем волосы и тёр лицо. – Какое блаженство, наконец, насладиться водными процедурами, одеть чистое бельё и нормально поесть.
Евгения Сергеевна накрывала на стол и делала вид, что не слышит вопросов сына.
– Мы будем обедать на кухне? А почему не в гостиной? – Петя появился возле стола, схватил с блюда ломтик сыра и закинул в рот. Где отец, где Маша?
– Иди переоденься и сядем за стол.
– Мама ты почему не отвечаешь? Всё время у тебя какие-то тайны и недомолвки.
Евгения Сергеевна, наконец, остановилась, вытерла о фартук руки и посмотрела на сына.
– Сначала обед, потом ты получишь разъяснения на все вопросы.
Ел Пётр жадно и быстро. Насытился скоро и, отвалившись от стола, промокнул рот салфеткой.
– Невероятно вкусно. Спасибо. Могла бы и рюмочку предложить.
Мать почти не дотронулась до своей тарелки, она с тревогой наблюдала за сыном.
– Напился уже! Хватит! Столько неприятностей из-за этого алкоголя!
– Не увиливай. Повторяю вопросы: где отец, где Мария, почему я у вас в квартире, а не у себя?
– Отец приедет позже. Ты знаешь, какое время тревожное, он пропадает на службе. Вот с Марией всё сложнее, – Пивоварова помедлила, потом решительно заговорила. – Она решила рожать в Швеции.
– А я? – реплика Петра прозвучала по-детски беззащитно.
– Петя мы до сих пор не знаем, как вытащим тебя из этой ситуации. До суда ты будешь дома, что решит судья, знает только всевышний и может предполагать адвокат. Мы не могли повлиять на решение твоей жены. И более того, даже согласились с этим поступком. Европа закрывается от нас, и очень хорошо, если будет возможность легально посещать другие страны кроме Египта и Арабских Эмиратов. Мария за это время вступит в наследство деда Карлсона и при рождении ребёнок получит шведские документы. Через несколько месяцев мы встретим твою жену в Шереметьево с внуком! – женщина отвела взгляд. – И что тебе делать одному в пустой квартире!
Пётр молчал. Мать знала такую привычку сына. В такие моменты она понимала, почему дала ему это имя.
– Недаром имя Пётр с древнегреческого языка переводится как камень, – мать потрепала мужчину по плечу. – Не застывай, не превращайся в соляной столб! Ничего не произошло, все живы и здоровы!
– Со мной-то можно было посоветоваться! Я словно пустое место! – обиженно пробурчал Петя. – И кто её заберёт из роддома, кто имя даст, кто сообщит нам вес ребёнка?
– Не разыгрывай трагедию сын. Сколько лет вы вместе, а твоя жена так и не стала нам близкой. Она меня мамой никогда не называла хотя, по сути, она сирота, – мать погладила Петра по руке. – Я честно пыталась с ней поговорить, но она слушать ничего не хотела! А тебе надо отдохнуть, расслабиться и хорошо выспаться дальше видно будет.
– Какой спать! Мне надо закончить оформление документов для приюта. Осталась самая малость. Подписи все собраны, я даже подрядчиков на проведение электричества нашёл. Не знаю только в силе наши договорённости или нет! Пока я по камерам слонялся, может, электрики другую работу взяли.
– На сегодня никаких дел! Я постелила в вашей спальне.
– Ты права. Я прилягу, а когда приедет отец разбуди меня.