Они подъехали к перекрестку, когда загорелся красный. Поток хмурых серых пешеходов прошел мимо машины. Большая капля дождя шлепнулась на лобовое стекло, за ней еще одна и еще.
– Это было в первый раз.
– Кто тебя об этом попросил? Семья? Друг? Безумный фанат? Знаешь, у Питера Конуэя как-то был фанат. Убийца-подражатель, которому удалось выпустить его на свободу.
– Женщина. Сказала, что она журналист.
– Журналист откуда?
– Из Лондона.
– Чего она хочет?
– Взять интервью у Питера Конуэя. Созвониться с ним и записать разговор.
– И зачем ей это?
– Не знаю. Для статьи, наверное.
– Она тебе заплатила?
Даррен кивнул.
– Сколько?
– Тыщу.
– Эта работа отлично учит распознавать вранье. Сколько на самом деле?
– Три.
Психоглаз присвистнул.
– Три тыщи? Неплохая цена за коротенький разговор с каннибалом, а?
Даррен кивнул. Ему казалось, что его сейчас стошнит.
– Я в долгах, – выпалил он и тут же об этом пожалел.
– Мы все в долгах, приятель. Эта журналюга хочет, чтобы ты и дальше работал у нее курьером?
– Не знаю.
– Я тебя не осуждаю. Многие тут так подрабатывают. С нашими зарплатами я удивлен, что не все.
Загорелся зеленый свет, и Даррену пришлось включить дворники. Небо внезапно стало темно-серым, а дорогу впереди окутал мрак.
– Но, помимо «Особняка», ты ведь еще работаешь в Кингфишере, Уолтеме и Паксли? – Психоглаз имел в виду три исправительных учреждения для несовершеннолетних, где Даррен работал помощником стоматолога.
– Послушай. Это был всего лишь один случай, контрабанда телефона. И я сказал ей, что не буду этого делать, если там будут замешаны наркотики. Я против наркотиков, – сказал Даррен, чувствуя, как паника все нарастает и нарастает.
– Очень похвально, – сказал Психоглаз. – Дай-ка мне ее номер.
– Что? Нет.
–
– Прости. Я просто думаю, что…
– Заткнись. Ты дашь мне ее номер. А потом напишешь ей и представишь меня как ее нового курьера. Усек? Гонорар ты потеряешь, зато сохранишь работу. Мы, охранники, живем в более жестком мире. Конечно, меня тоже могут уволить, но я устроюсь еще куда-нибудь. А вот ты… Никто не любит мошенников-шарлатанов… Кто ты?
– Я стоматолог-анестезиолог.
Психоглаз протянул руку.
– Разблокируй свой телефон. Покажи мне ее номер.
Даррен закусил губу, чтобы не расплакаться. Убрал руку с руля, разблокировал свой телефон.
– Вот, – сказал он.
Психоглаз поднес телефон к лицу, короткими большими пальцами быстро набрал сообщение и нажал «отправить». Телефон Психоглаза тут же пискнул – он переслал себе контакт.
Сунул телефон в карман Даррена и похлопал его по ноге.
– Все, можешь меня высадить.
Он затормозил на автобусной остановке. Психоглаз вылез, хлопнул дверью и, напоследок подмигнув Даррену, слился с толпой. Лишь автобусный гудок за спиной вывел Даррена из оцепенения.
Питер лежал на кровати, вертел телефон в руках. Он не особенно разбирался в мобильниках – ну, пару раз видел их по телевизору. Несколько лет назад, когда он ненадолго сбежал из тюрьмы, связь была определенно аналоговой.
Как телефон оказался в его кармане? Он был под наркозом. И конечно, до операции никакого телефона у него в кармане не было.
Может, его положил туда охранник – но почему не сказал ему? Или не потребовал платы? Наглая врачиха вряд ли стала бы нарушать правила… Синеволосый урод?
Питер на миг задумался.
Телефон был не из ультрасовременных, тех, что с сенсорным экраном. Просто раскладушка с большими кнопками. К задней части были приклеены два черных квадрата. Питер присмотрелся к ним. Один был аккумулятором, другой – магнитом? Он поднес телефон к трубе с горячей водой, которая шла по стене рядом с кроватью. Телефон выскочил из его руки и прилип к металлу.
Чпок.
Сильный магнит. Питер снял телефон и подумал: если его включить, запищит ли он?
В коридоре послышались шаги. Кто-то остановился у его двери и двинулся дальше. Питер знал, что у старых моделей мобильных телефонов снимается крышка. Это было довольно муторно, но, к счастью, у него были длинные ногти, и он сумел отклеить тонкую пластиковую подложку. Внутри, между аккумулятором и крышкой, был всунут небольшой, аккуратно сложенный листок бумаги.
Он положил телефон на кровать и развернул крошечную записку. Текст был распечатан на принтере.
АККУМУЛЯТОР И РЕЗЕРВНЫЙ АККУМУЛЯТОР ПОЛНОСТЬЮ ЗАРЯЖЕНЫ. ЗАРЕЗЕРВИРОВАНЫ ПРЕДОПЛАЧЕННЫМ КРЕДИТОМ НА 100 ФУНТОВ.
ТЕЛЕФОН ОТКЛЮЧЕН / НА ВИБРАЦИИ, КОГДА ВЫ ВКЛЮЧАЕТЕ + КОГДА ОН ЗВОНИТ.
НАЖМИТЕ 1 ДЛЯ БЫСТРОГО НАБОРА, ЧТОБЫ ПОГОВОРИТЬ СО МНОЙ. Я ЖУРНАЛИСТ, У МЕНЯ ЕСТЬ ПРЕДЛОЖЕНИЕ. ЗВОНИТЕ В ЛЮБОЕ ВРЕМЯ, ДНЕМ ИЛИ НОЧЬЮ. ЛИНИЯ ЗАЩИЩЕНА.
Он задумался, какое предложение может сделать ему журналист. Он был приговорен к пожизненному заключению, так что на условно-досрочное освобождение не стоило и надеяться. Если ему хотели заплатить, деньги ему все равно тратить было не на что. И если честно, мысль о том, чтобы покинуть тюремную камеру… его пугала. Несколько лет назад, когда он сбежал, он был намного моложе. И готов был в последний раз бросить кости. Но теперь он не по годам состарился и лишился зубов.
