И все же. Это было забавно. Не каждый день мобильный телефон сваливался на него с неба. Или выпадал из его кармана. Он сунул записку обратно, и задняя крышка с магнитом легко встала на место.
Питер быстро оглядел телефон. Времени гадать, кто ему пишет, у него не было. Разве старый сукин сын Томас Блэк не обещал, что с ним свяжутся? Но такого он не ожидал. Он подержалтелефон в нескольких сантиметрах от трубы, и магнит вновь с приятным звуком прильнул к металлу.
Телефон был серым, а труба с горячей водой – белой. Труба змеилась над дверью, вдоль потолка над его кроватью и вниз по стене уходила в пол. На его столе лежали книги, бумага и фломастеры. Теперь его руки так дрожали, что его адвокату удалось добиться для него разрешения использовать корректирующую жидкость, потому что, когда он писал письма, он делал слишком много ошибок. После удаления зубов Питер отчаянно хотел спать и еще не отошел от наркоза, но он знал, что должен спрятать этот телефон – и спрятать как следует, – прежде чем он вернется в объятия Морфея.
Работая как можно быстрее и аккуратнее, Питер открыл флакончик с корректирующей жидкостью и маленькой кисточкой покрасил переднюю изогнутую серую оболочку телефона в белый цвет. Бока были черными, и потребовалось два слоя, чтобы их покрыть, но результатом Питер остался доволен. Он положил телефон на чистый лист бумаги. К счастью, жидкость быстро высохла, но в камере начало вонять каким-то химикатом, и, если бы кто-то остановился за дверью, он мог бы подумать, что Питер пытается словить кайф, так что он открыл окно, несмотря на холодный воздух.
Пятнадцать минут ему пришлось постоять у окна, чтобы не заснуть. Наконец он встал на кровать и вновь прикрепил телефон к трубе.
Чпок.
Он почти совпадал с трубой по цвету, но его все равно было видно. Питер передвинул его к тому месту, где потолок соприкасался со стеной и труба изгибалась и шла вниз.
Чпок.
Труба отбрасывала небольшую тень на стену, и в этом месте телефон был не виден, даже если присматриваться очень внимательно.
Питер наконец лег на кровать и уснул. Ему приснилось, как ему отвечают на звонок.
Поздним утром следующего дня Кейт и Тристан встретились с Варей Кэмпбелл в «Кафе Неро» на Стрэнде. Она ждала их за столиком в углу.
– Бог ты мой, Кейт и Тристан. Никогда бы не подумала, что увижу вас в Лондоне! – воскликнула она, сияя улыбкой.
– Спасибо, что встретилась с нами, – сказала Кейт.
– Не за что. Очень уж вы меня заинтриговали – нераскрытое дело с участием Питера Конуэя! – Она обняла Кейт. – И вы только посмотрите на этого молодого человека! – Варя сжала в крепких объятиях и Тристана. – Теперь ты уже не мальчишка, а настоящий мужчина.
– Вы выглядите потрясающе… я имел ввиду, отлично, – сказал Тристан.
Варя рассмеялась.
– Думаю, Лондон подходит мне гораздо больше. Хотя я скучаю по морю.
Когда Варя служила в полиции Эксетера, она носила гладкую прическу и одевалась как сотрудница банка. Теперь ее волосы были заплетены в дреды и скручены в узел, на ней было длинное черное платье с огромными карманами. Тристану она показалась очень уверенной в себе, особенно в сравнении с той нервной запуганной женщиной, какой она была восемь лет назад. Они сели за маленький столик.
– Мне так жаль, что у меня мало времени, – сказала Варя и поставила на стол большую белую сумку, битком набитую папками. – Мне пришлось довольно глубоко залезть в хранилище. Насколько я могу судить, этим делом никто не занимался с восемьдесят девятого года, когда обвинили Роберта Дрисколла.
– Это оригинальное дело Джейни Маклин? – спросил Тристан, заглянув в сумку и увидев пожелтевшие листы бумаги.
– Оно самое. Я велела помощнику снять копии, но у него мозгов как у рыбы, и он скопировал не то, так что берегите их как зеницу ока. Там в числе всего прочего есть VHS кассеты, так что я принесла вот это. – Она продемонстрировала еще один пакет.
– VHS-аппарат, – отметил Тристан.
– Я подумала, что, раз вы вдали от дома, у вас его может и не быть. Там все – и провода, и пульт. Мы используем такой аппарат, когда нам нужно извлечь записи видеонаблюдения или доказательства, которые еще не были оцифрованы. Это запасной, давно уже лежит у меня в ящике.
– Спасибо, Варя, – сказала Кейт.
– Пожалуйста. Но честно предупреждаю: если вы раскроете дело, мне достанется часть вашей славы.
– Конечно. Сколько мы можем его у себя держать? – спросила Кейт.
– Следующие две недели я в отпуске. Мне нужно будет с вами встретиться, когда я вернусь, и вы мне все это отдадите в целости и сохранности, – сказала она, постукивая по файлам. – Что вы сами-то думаете? Что это Питер Конуэй?
– Это был бы логичный вариант, – сказала Кейт. – Но если ему удалось избавиться от останков Джейни Маклин и их не нашли за тридцать лет, это будет трудно доказать.
– Да. Криминалисты будут заинтересованы в повторном рассмотрении дела, только если вы найдете тело Джейни. Оправдание Роберта Дрисколла привело к отставке двух полицейских, которые работали над этим делом.
– Где они сейчас?
