Может быть, это такая игра? Использовать его поведение трехлетней давности как своего рода рычаг давления, чтобы вытянуть из него предложение? Его пальцы рефлекторно сжали ручку чашки, горячая жидкость опасно расплескалась по краям. Он всегда считал себя хорошим знатоком людей. Как солдат, он должен был быть таким. И все же каким-то образом три года назад он умудрился совершенно неправильно оценить Сильвию Стаффорд.
Не обращая внимания на его обостряющийся гнев, Джулия продолжала болтать, рассказывая мисс Стаффорд о магазинах в соседней деревне Эпсли-Хит и рассказывая о своих любимых местах для прогулок и верховой езды. Она даже пустилась в краткий — и совершенно неточный — трактат об истории самого Першинг-Холла.
Мисс Стаффорд не была так слепа к его настроению, как его сестра. Не раз он видел, как она смотрела в его сторону, ее лицо было бледным, а тонкие руки дрожали, держа чашку. Она никогда не боялась его в прошлом, несмотря на то, что он возвышался над ней и был тяжелее ее на несколько стоунов. Был ли вид его шрамов тем, что выбило ее из колеи сейчас? Он знал, что они отталкивающие, но были ли они настолько чудовищными, что действительно пугали ее?
И если такова была ее реакция в полумраке библиотеки, то что она могла подумать о его изуродованном лице при ярком дневном свете?
Беспомощная ярость всколыхнулась в нем. Он больше не любил ее. Действительно, ему часто казалось, что он ненавидит ее. Но даже в этом случае он не мог вынести мысли о том, что она в ужасе отшатнется от него.
Он смотрел на нее, сидящую сейчас напротив него, такую изящную, совершенную и прекрасную, и проклинал Джулию за то, что она привезла ее сюда. Он проклинал и себя за то, что сохранил эту проклятую прядь ее волос.
— Вы любите рано вставать в деревне, мисс Стаффорд? — спрашивала Джулия.
— Потому что, если это так, я бы хотела, чтобы мы проехались верхом до завтрака.
— Да. Если хотите.
— Великолепно, — радостно сказала Джулия. — Естественно, вы захотите познакомиться со своим скакуном. Хотя для этого нам не нужно ждать до утра. Мы все можем спуститься в конюшню после чая и…
— Нет, — сказала мисс Стаффорд, прерывая его, прежде чем он сам смог высказать возражение. Она опустила чашку на блюдце. — Я обязана вам, леди Харкер, но я думаю… Если вы не возражаете против этого… Я бы предпочла немного отдохнуть в своей комнате. Я немного устала от нашего путешествия.
— О! Как глупо с моей стороны. Конечно, так оно и есть. Мне проводить вас наверх или…
Мисс Стаффорд встала.
— Нет. Пожалуйста, не беспокойтесь из-за меня. Я сама поднимусь наверх.
Себастьян встал, пристально наблюдая за ней. Она была рассеяна. Расстроена. Он жестоко подавил еще один приступ вины.
— Вам что-нибудь нужно? — спросил он.
— Нет, сэр. Ничего.
Она обратилась к его галстуку, явно не в силах заставить себя взглянуть на его изуродованное лицо.
— Я пришлю свою горничную разбудить вас перед ужином, — сказала Джулия.
— Благодарю вас, миледи. Милорд. Желаю вам обоим доброго дня.
Себастьян продолжал стоять, пока она не вышла из комнаты. Только тогда он вернулся на свое место с непроницаемым выражением лица.
— Что ты сказал ей перед моим приходом? — потребовала знать Джулия.
— Ничего.
— Ничего? Она выглядела так, словно вот-вот расплачется. И за чаем она едва ли произнесла два слова.
Глаза Джулии округлились от сочувствия.
— Я так усердно трудилась, чтобы найти ее и привезти сюда для тебя, Себастьян. А теперь ты все испортишь своим темпераментом. То, что ты можешь угрожать свернуть мне шею, не означает, что ты можешь говорить то же самое и мисс Стаффорд.
— Я не угрожал свернуть шею мисс Стаффорд, — прорычал он.
— Ну, что бы ты ни сказал, я нисколько не удивлюсь, обнаружив, что она собирает свои вещи в этот самый момент!
Желудок Себастьяна сжался от тревоги.
— Мне стоит пойти к ней и сказать ей… О, но что я могу ей сказать? Что ты рад, что она здесь? Что ты хочешь, чтобы она осталась? Я знаю, что это так, Себастьян, потому что ты не мог перестать пялиться на нее все это время. Если бы ты только сказал ей что-нибудь доброе…
— Дьявол! — выругался он себе под нос. Неужели это будет повторением тех событий три года назад? Ему придется снова унижаться? Просить и умолять Сильвию Стаффорд о какой-то крохе ее привязанности? Он впился взглядом в свою сестру.
— Ты та, кто пригласила ее сюда.
— Да, но…
— Если ты хочешь, чтобы она осталась, тогда ты должна убедить ее.
— Но я сделала это только ради тебя! Из-за этой пряди волос. Я знала, что ты захочешь ее увидеть. И я знала…
— Ты ничего об этом не знаешь, — резко сказал он. — Я не позволю тебе вмешиваться в мою жизнь, Джулия. Ты меня понимаешь?
Нижняя губа Джулии задрожала, но, хотя она всем своим видом показывала, что вот-вот расплачется, Себастьян не мог не заметить упрямо вздернутого подбородка. Это была черта Конрадов.
— Это не вмешательство, — сообщила она ему, — если я делаю это для твоего же блага.