Филипп повел жезлом. Минут пять ничего почти не происходило, не считая парения воды. Затем образовался такой густой туман, что даже ближние лодки пропали из виду. Туман заклубился, устремляясь в одну точку, выбранную тростью. Он словно всасывался, как бульон в желудок, и принимал форму… дворца с бесчисленными башнями. Туман совместно с легкой качкой дна лодки напомнил Тисе о ее видениях и ее замутило.
— Это императорский дворец! — воскликнули сразу несколько зрителей. В их числе и Витер. Его обычный скепсис куда-то пропал.
С берега донеслись крики восхищенных зевак, собравшихся уже в добрую толпу.
— Всегда мечтал его увидеть, — в соседней лодке Нестор Обло протер очки концом парика.
Тиса даже не пыталась разглядеть иллюзию, борясь со своим желудком. Она поймала на себе встревоженный взгляд Трихона. Он понял ее неловкость и отвернулся. Марика заканючила, что ей плохо видно, и Трихон встал, чтобы помочь девушке подняться. На других лодках тоже поднялись зрители.
— Эй, вы мне все загородили, — прорычал Витер, поднимаясь.
— А теперь, по желанию очаровательной Анфисы — столичные модницы, — услышала Тиса голос вэйна. В этот момент туман снова заклубился, и Тису снова замутило. Нужно ополоснуть лицо и шею холодной водой, подумала она.
К общему восторгу из тумана сложились пять фигур девушек в столичных нарядах и огромных шляпах со страусиными перьями. Марика подпрыгнула с визгом. При этом лодка резко качнулась, и Тиса, которая потянулась к воде, не успела сбалансировать и мешком рухнула в озеро. Вода сомкнулась над ее головой.
От испуга девушка хлебнула воды и пошла ко дну…
С глубиной свет медленно мерк, где-то вверху пенилась вода. Это ныряли с лодок ее спасатели…
Что-то коснулось ее ног и потянуло на скорости вниз в черноту. Вспышка — странное существо с огромными рыбьими глазами тянет к ней тонкие перепончатые руки-веера. Еще вспышка — и девушка с венком из речного жемчуга, жалостливо смотрит на нее. Белые, как лунь волосы обрамляли бледное лицо. Две раковины лишь слегка прикрывали наготу пышной белой груди. Вспышка. Толчок воды и девушка исчезает. Вспышка. Рвутся водорослевые путы на ногах. Кто-то схватил ее за шиворот. На этом сознание наигралось и покинуло Тису. Мрак обступил плотным саваном…
— Она приходит в себя! — далекий голос Филиппа.
Тиса медленно открыла глаза. И обнаружила себя лежащей на деревянном настиле мостка. Над ней склонился Витер, с его щек и черных широких бровей стекала вода. За ним мутным полукольцом возвышались фигуры людей. Вэйн, Марика, Тонечка и другие… Выражения лиц смазывались.
— Тиса Лазаровна, вы в безопасности, — сказал старшина.
— Я сейчас… встану, — прошептала Тиса. Но максимум, что у нее получилось, это слегка приподнять голову, чтобы после сразу ее откинуть. Вокруг толпились люди. Тиса почувствовала досаду. Теперь весь Увег будет судачить, как дочь капитана Лазара чуть не «утопла» в озере.
— У нее ледяные руки, — ахнула Тамара Горчак.
— Продрогла бедняжка, надо ее согреть, — добавила Тонечка.
— На, выпей, девочка, — Климыч вынул из-за пазухи фляжку и протянул Тисе.
Сделав два горьких глотка, Тиса почувствовала, как в животе загорелся огонь.
Нестор Обло снял с себя плащ. Множество рук укутали девушку в него и отнесли в коляску. Тиса закрыла глаза, чувствуя, как веки тяжелеют с каждой секундой. Марика и Тамара Горчак продолжали говорить. Судя по всему, вторая взяла на себя ответственность доставить ее к отцу. Отец. Тиса представила, как он подосадует, когда ее привезут в таком виде. Непутевая дочь снова не дает покоя.
— Я сяду на козлы. Пойдешь пешком. Женщинам и так мало места, — голос Витера откуда-то справа.
Люди еще что-то говорили, но слов уже было не разобрать. Тису снова поглотила тьма…
Она очнулась, когда Витер внес ее в лечебный корпус. Марика и Тамара Горчак помогли уложить ее на койку за ширмой. Тиса увидела испуганное лицо лекаря:
— Тиса, дочка! Что случилось? — Агап потрогал ее лоб ладонью. Девушке она показалась холодной.
Тиса впервые порадовалась словоохотливости Тамары Горчак, сама она не в силах была на такой подвиг. Она сейчас не то, что говорить связно, думать не может.
— С этим мы справимся, — уже спокойней заговорил старик. — Снимите с нее мокрое, — приказал он. — Глафира, неси мой халат. Старшина, вы можете подождать за дверями.
